Ненавижу мажоров (СИ)

Я подошла к нашим и мне все рассказали. Ты же понимаешь, в каком я была бешенстве. Ну так вот, я быстро нашла Гордеева и Романова. На пары они не пошли, сидели в машине и пили, как раз собирались уезжать. Когда я подошла, Гордеев вышел из машины, видимо хотел наговорить мне гадостей, но я даже слова ему сказать не дала. Вцепилась в волосы и когтями выдрала клок, зацепила лицо немного и уже нацелилась шпильками потоптаться на его ширинке, но тут меня Игорь схватил и оттащил от него. Они там оба пьяные уже сидели вдрызг, поэтому с реакцией у Гордеева туго.

— Боже, Юль, как он не убил тебя за это, — потрясенно выдыхаю, — ты с ума сошла так рисковать из-за меня? Тем более с пьяными связываться.

— Не сошла, Ника. Я убью за тебя. И я его предупреждала об этом. Меня потом Игорь закрыл собой и отвлек этого мудака, чтоб я успела уехать. Тоже мне герой защитник нашелся, — фыркает раздраженно.

— Они что пьяные домой поехали? — спрашиваю с тревогой.

— Ну, ты нашла тоже за кого переживать! — возмущенно вскрикивает, — никуда они не поехали, их такси увозило, я видела, когда выезжала с парковки.

— Я никого не жалею, просто никому не желаю смерти, — с грустью отвечаю ей.

— Что могло случиться, что он так изменился, — задумчиво рассуждает подруга вслух.

— Он не изменился, Юль, он всегда был таким.

— Не был, Ника, с тобой он таким не был, — заверяет меня твердым голосом.

— Хотел получить, прикинулся хорошим и получил. Надоело, бросил, — со слезами в глазах шепчу ей.

— Но зачем это делать так прилюдно, здесь явно все не так просто, — продолжает настаивать.

— Мне плевать, просто или нет. Теперь уже это все не важно. Он запустил необратимый процесс.

— Да понятно уже, что тут ничего не исправишь, я просто переживаю, не вылезла бы дальше еще какая-нибудь гадость. Если это все было не просто так и за этим еще кто-то стоит, то это еще не конец. Вот я к чему.

— Куда уж хуже? Я итак разваливаюсь на части от боли. Тут уж или добить или закалить до стали.

— Закалить до стали… это мне нравится, — с улыбкой отвечает подруга.

— Стать бесчувственной стервой на всю жизнь и использовать других для достижения своих целей, думаешь это выход? — спрашиваю хриплым от слез голосом.

— Бывает, что это единственный выход, Ника.

И я понимаю, что она права. Когда каждый раз ломаешься от причиненной кем-то боли и не можешь долго собрать себя по кусочкам, то потом, когда, наконец, соберешь, нужно больше никого не впускать в свою жизнь и уметь вовремя перешагнуть через очередной предполагаемый источник боли. Танком переть по жизни к своей цели, подминая под себя все препятствия и тех, кто встает на твоем пути.

Глава 40

Конечно, на следующий день легче мне не стало.