Ненавижу мажоров (СИ)
Может ли один и тот же человек убить тебя дважды? Может. Если в первый раз он выстрелил в упор довольно быстро, но не добил, то второй раз будет растягивать с особым удовольствием. — Раздевайся! — слышу я свой приговор. Ведь прекрасно знает, что у меня нет выбора. Я просто не могу подвести своего единственного друга, самого дорогого мне человека с детства. А я? А что я… мне терять уже нечего. Ненависть и отвращение к нему уж переживу как-нибудь. Обидеть и унизить меня еще больше? Вряд ли. Меня сейчас убивает только одна мысль, что я не могу танцевать, остальное уже на втором плане. Я справлюсь.
И давай без фокусов, это в твоих интересах.
— Поехали, — говорю коротко, оставаться с ним один на один, я уж точно не хочу. Потому что, судя по прошлому разу, выдержка у меня, когда дело касается его, так себе.
Мы идем вместе на парковку, садимся в его машину и я молча пристегиваюсь.
— Может музыку включить?
— Как хочешь, мне все равно, — отвечаю, пожимая плечами.
И он включает, твою мать. Включает все те песни, под которые я вчера выходила на площадку танцевать, причем в том же порядке. С раздражением понимаю, что запомнить их он бы точно не смог, значит, у него есть записи моих выступлений.
Мы останавливаемся возле небольшого здания и заходим внутрь. Здесь очень уютно, даже как-то по-домашнему. Честно говоря, никогда бы не подумала, что такой, как Гордеев, может выбрать заведение, где висят кружевные занавески на окнах, а между ними искусственные кованые белые клетки, обвитые розами из тонкой бежевой ткани и с искусственными птичками внутри.
— Проходи, Ника, присаживайся, — прошептал мне на ухо Гордеев. Снова так неожиданно подкрался. Ну, вот и вернул сразу на грешную землю, — я знал, что тебе здесь понравится, Все для тебя!
И улыбается при этом так, будто я полностью в его руках. Впрочем, наверно, так оно и есть. Я сажусь на мягкий диванчик и сразу называю свой заказ, подошедшему официанту. Хочется уже поскорее выяснить, что меня ждет в ближайшем будущем и свалить отсюда.
— Давай быстрее перейдем к делу, — начинаю я, — итак, повторю свой вопрос, что тебе от меня надо?
— Ну, для начала, расскажи мне, зачем ты притворяешься бедной родственницей, — с иронией спрашивает этот гавнюк.
— Просто, я так привыкла и мне так удобно. Моя семья не всегда была богатой, мы жили в другом районе, не так давно переехали, но менять что-то в себе я не захотела. Вот и все.
Не собираюсь рассказывать ему то, что он потом с легкостью использует против меня. Достаточно уже того, что он знает.
— Что за парень подходил к тебе после выступления? Даже я издалека заметил, что он тебя чуть не сожрал глазами.
— Это что еще за допрос такой? — возмущенно выговариваю сквозь зубы.
— Ника, ты мне обещала ответить честно на все вопросы, когда я спасал тебя от ужина, а я пока правды так и не получил.
Я в раздражении сцепляю пальцы между собой и стараюсь испепелить взглядом этого недоследователя, но он, как ни в чем не бывало, сидит и кривится в наглой улыбке.
— Мой бывший парень, я давно не видела его, поэтому вчера немного испугалась, — отвечаю максимально честно.

















