Непокорная невеста

Джулиана сделала реверанс и поспешно удалилась, но Раймонда Элинор удержала за рукав. Понизив голос, она сказала:

— Я получила золото и твое письмо. Надо сказать, что ты приготовил своей невесте весьма необычный подарок.

Раймонд, который начисто забыл о своей просьбе, коротко ответил:

— Благодарю.

— И ты не удовлетворишь мое любопытство? Ведь я тащила через полстраны такую тяжесть.

— Не будьте слишком любопытны, Элинор.

— Я же вижу, что у вас не все ладно. Могу ли я помочь? Мы с Генри хотели, чтобы этот брак стал для тебя наградой, а не наказанием. Хочешь, я поговорю с Джулианой?

— Нет! — рявкнул Раймонд. И, взяв себя в руки, добавил спокойным голосом: — Нет. Во всем виноват только я.

Королева всплеснула холеными руками, усыпанными кольцами:

— Но я хочу только помочь! Иной раз слово королевы значит куда больше, чем гнев мужа.

Раймонд кивнул в сторону Папиоля:

— Вы и так уже мне оказали неоценимую услугу, большое спасибо.

Элинор рассмеялась. История с зодчим явнсс доставляла ей удовольствие."

"Раймонд же размышлял, что как человек благородный должен немедленно покинуть Джулиану. К сожалению, пока королева в замке, это невозможно. Добиваться расторжения брака тоже нельзя — это значило бы перечить королевской воле. Значит, Раймонд останется мужем Джулианы, но он переедет в Бартонхейл. С женой же будет встречаться на Рождество, на Пасху, во время праздника урожая и еще в Иванов день… О, это будут радостные встречи, а время, проведенное в разлуке с женой, будет для него настоящей мукой.

Тягостную кару он себе уготовил, но иного выхода нет.

Элинор прервала его мрачные мысли:

— Я заняла вашу супружескую постель, а другой в замке нет. Мой тебе совет — заведи специальное ложе для гостей королевской крови.

Раймонд не верил своей удаче. Итак, проблема сегодняшней ночи решена! Ему не придется лежать с Джулианой в одной достели, испытывая поистине танталовы муки.

— Еще одна милость, — прошептал он.

— Что-что?

Он низко поклонился:

— Вы очень милостивы ко мне, Элинор. Я непременно заведу еще одну постель.

Глядя ему вслед, королева прошептала:

— Странно. Кажется, он хотел сказать, что я не должна совать свой нос в чужие дела.

— Солнце! — объявил Кейр, распахивая двери зала. — Солнце выглянуло из-за туч!

В зале поднялся радостный гул. Всем до смерти надоело сидеть взаперти, прислушиваясь к шуму дождя.

Марджери и Элла бросились к Кейру:

— Можно нам на улицу? Можно? Ну пожалуйста!

Кейр погладил девочек и сказал:

— Спросите у отца.

Сам же опустился на колено и сказал:

— Вы приказали, ваше величество, чтобы вам немедленно сообщили о первом же луче солнца. Я выполнил ваш приказ.

— Спасибо, славный Кейр. — Королева громко объявила: — Мы желаем развлекаться.