Неприятности в старшей школе

– Ага, и потому эта чертовски измотанная телка сегодня с тобой.

Мы с девчонками все втроем хохочем, а Мэддок качает головой.

Когда мы останавливаемся у дома, девочки медлят.

Я подмигиваю Мэддоку.

– Идите через переднюю дверь, – говорю я им.

Виенна кивает, а Виктория сначала насмешливо морщится, а потом расплывается в улыбке и выходит.

Вернувшись домой, мы быстро принимаем душ, а потом идем в медиазал.

Я устраиваюсь на диване, а Мэддок накрывает меня своим телом, удерживая вес на локтях. Его взгляд обжигает меня:

– Мне не нравится думать, что кто-то знал тебя до меня.

– Я знаю.

– Он прав? – спрашивает он, и я отвожу взгляд, но он заставляет меня вновь посмотреть на него. Его ладонь обводит мой подбородок и гладит по щеке. – Он прав? – Он прищуривается. – Или для тебя эта жизнь скорее про удобства и развлечения?

Я обдумываю его слова.

– Что значит «быть счастливым»?

– Прекрати, Рэйвен. Не строй из себя дурочку.

Меня накрывает неловкость. Мне не нравится думать о таких вещах, лучше вообще не заговаривать о таком, чем пытаться понять. Понимание сделает удар еще болезненнее, когда он будет нанесен.

– Мэддок, я не из нормальных.

– Я не люблю нормальных.

– Ну, я не умею этого делать.

– Как и я.

К черту его.

Я качаю головой, делая глубокий вдох.

– Я же говорила тебе, – шепчу я. – Я говорила тебе, чтобы ты даже не пытался меня удержать.

Он опускает свои губы к моим и закрывает глаза.

– Слишком поздно, детка. – Он целует меня, раздвигая коленом мои ноги. – Уже слишком, слишком поздно.

Я целую его в ответ, проваливаясь глубже в подушки под его весом. Как я сказала ему, я не из нормальных, и я бы не поняла, что счастлива, даже если бы счастье вдруг настигло меня.

Я знаю только, что в груди у меня все сжимается, когда он вот так смотрит на меня, я взвинчена сильнее, чем обычно, и я крайне нуждаюсь в нем – это чувство для меня в новинку, и я не понимаю его. И это сильно раздражает.

Но даже при всем этом оно мне не претит.

И я не намереваюсь сбегать.

Глава 22

Рэйвен

– Простите, – окрикивает меня учительница, когда я толкаю дверь, чтобы выйти.

Я оглядываюсь на нее через плечо, приподняв бровь:

– Да?

– Ты не получала разрешения покинуть урок.

– Ей не нужно ничье разрешение, – говорит Кэптен со своего места, не отрывая глаз от тетради – в последнее время он много в ней пишет.

Учительница переводит взгляд с меня на него и возвращается к теме урока.

Я сжимаю губы, выхожу из кабинета и направляюсь в туалет.

Когда я сворачиваю за угол, мое внимание привлекают чьи-то голоса, и я замедляю шаг.

– Хватит водить меня за нос, придурок. Мне нужен этот чертов документ. И немедленно.

Я осторожно выглядываю и обнаруживаю стоящих лицом к лицу директора Перкинса и Коллинза.