Беременная от моего сына

Помнишь, раньше ты упоминал название посёлка, где жили твои родители? Я — девочка умная, память у меня хорошая, — произносит Алла, поочередно снимая с себя кроссовки. — Вызвала такси в три дорога, а дальше уж дело случая — встретила я твоего сына на заснеженной дороге с ёлкой в руках. Он меня и привел к тебе."

"— Да, именно так, — подтверждает Максим и заносит лесную красавицу в гостиную. — Если бы не я, блуждала бы Алла по посёлку чёрт знает сколько.

Я помогаю Максу установить ёлку в алюминиевое ведро с грунтом. Стараюсь не вникать в разговор этих двоих, но слащавый голос брюнетки проникает прямо в уши и мне приходится слушать то, что она говорит.

— Прости меня, дорогой, я вспылила и наговорила тебе много глупостей. Позволишь искупить свою вину? — Алла хитро прищуривает глаза и улыбается, глядя на отца Макса. — Твои слова про семью глубоко меня тронули. Ты даже представить себе не можешь, какая это честь — быть частью твоей семьи в такой особенный день.

Артур молчит, но брюнетку это не останавливает. Она уже скинула шапку, куртку и перчатки и вошла на территорию гостиной.

— О, да это не дача, Артур. Настоящее поместье! И почему ты раньше молчал? — присвистывает Алла. — Кстати, у меня кое-что для тебя есть.

Дальше я уже не слушаю. Тихонько напеваю себе под нос новогоднюю мелодию, помогаю Максиму развесить игрушки на ёлку и когда справляюсь со своей задачей, выскальзываю на кухню, чтобы отдышаться. На часах десять минут первого. Целых десять минут нового года, который начался для меня совершенно неожиданно.

После первого неудачного сексуального опыта я пообещала самой себе, что ни один мужчина меня больше не коснется. Мне казалось, что это гадко и грязно. К тому же слишком пошло, чтобы и дальше этим заниматься. Тогда я пошла на поводу у подруг, которые смеялись над тем, что в свои девятнадцать я была девственницей. Будто это сродни врожденному уродству. В этот непростой момент в моей жизни появился Максим, который был настойчив и ухаживал за мной. И я подумала, почему бы и нет? О чем впоследствии сильно пожалела.

Я поклялась самой себе, что не позволю сделать себе больно, чтобы больше не хотелось убиться от собственной глупости и ненужности. Но сегодня всё произошло по-другому, иначе. Возможно так на меня повлиял праздник или всё на самом деле так и было, но Артур, я это чувствовала, был для меня особенным. Если бы он захотел перейти ту самую грань, я бы вряд ли ему отказала… к собственному стыду он — тот единственный с кем бы мне этого по-настоящему хотелось бы.

— Вот я дурень, праздник пропустил, — на кухню заваливается Максим и встает со мной рядом.

Одной рукой преграждает мне дорогу, а другую руку — кладет на талию. От его прикосновений становится неприятно.