Наташа, не реви! Мы всё починим

- С этими гражданками что будем делать?

- Ничего не будем, с Марьям Тиграновной пусть Слава разбирается, это его головная боль. А Людмила Рудольфовна уже уходит с нами. Вы простите нас за шум, - сжимает Наташа предплечье соседки. - Но я на данный момент ничего не могу с этим сделать.

- Сочувствую, Наташ, - вздыхает соседка.

Спускаюсь по лестнице, держа за руку Наташу.

- Бесхарактерная! - отчитывает шепотом ее мать, семеня следом. - Надо было выставить их сейчас! Ребенка она пожалела! Тряпка! Тебя кто-то пожалел?!

Накаляюсь, стараясь держать себя в руках. Если и мы сейчас с маман сцепимся, думаю Рождество для Наташи можно считать потерянным.

- Мам, замолчи, - вздрагивает ее голос.

- Затыкай мать... Затыкай! Тебе кроме меня правды-то никто не скажет, - шипит карга. - Я же в твоих интересах!

Выходим на улицу. Разворачиваю на улице Наташу к себе.

- Сейчас делаем так: маме - такси и до хаты, а ты едешь ко мне праздновать Рождество.

Безэмоционально кивает. Словно из неё всё выкачали.

- Не расклеиваться, Наталья Антоновна. Там невротик жаждет ласки. И я... - добавляю тихо.

Пока разбираюсь с такси, Адольфовна, шипя, продолжает вынос мозга.

- Я на Рождество должна значит, одна сидеть в твоей клетушке, а ты к любовнику?! Прекра-а-асно...

Подхожу к ним со спины, она не видит меня.

- Ну, посмотрим, как ты запоешь, когда он тебя бросит! К кому побежишь, м?

- Мам, я никогда к тебе за помощью не приду. Никогда.

- Твой отец, когда я заболела и попала в больницу, тут же завел интрижку. И если бы не твоя бабушка, моя мать, я бы погибла! Да-да. Они все такие. Когда ты попадешь в больницу, можешь мне даже не звонить. Променяла мать на ""этого""... Я уезжаю, ясно?

- У вас там одна на всех методичка, что ли? - с усмешкой, прикуриваю я.

- Что, простите? - разворачивается, брезгливо глядя на меня.

- Такси Ваше, говорю.

Открываю ей дверь. Отходит от Наташи, бросив на нее горький обиженный взгляд.

- Ещё раз влипните к ментам, - тихо предупреждаю я. - Закрою лично на пятнадцать суток. Я - не Наташа, мне никого не жалко.

Возмущённо ахает.

Захлопываю дверь.

- Иди сюда, - тяну к себе Наташу.

Касаемся носами.

- Мы сейчас съедим Ромкины шашлыки, потом Лизин пирог, а потом будем целоваться, пить шампанское, гладить невротика и смотреть дурацкий фильм. И обещаю, что не досмотрим.

Улыбается...

Ну вот! Рождество тоже починили.

Глава 25 - Капитуляция

Александр

Издали уже вижу, что Ромкина тачка стоит, перегораживая подъезд к воротам. Проезжаю дальше, чтобы припарковаться у Наташиного погорелого дома

- Пакет порвался... - ловит она выскальзывающие из пакеты бутылки шампанского.

- Так донесем.

Но возле Наташиного дома уже занято. Тачка ее бывшего.

- ""А что это за красивый дяденька к нам пожаловал""? Смотри-ка...

Наташа поднимает взгляд.

- Ой. А что он здесь делает?

- Пойдем спросим.

- Эм...