Нежный плут

Она собралась было спать, сняв с себя все, кроме рубашки и штанов, но не чувствовала себя достаточно усталой.

Взглянув на человека, сидящего за письменным столом, она была не против дать ему возможность разрядиться и тем самым прояснить их отношения. С другой стороны, она не уверена в том, что хочет вновь увидеть того, другого Джеймса, под чьим взглядом таяла. Пусть лучше он лелеет свою обиду до конца плавания.

– Капитан, – сказала она, отвечая на его замечание, – это значительное преимущество… Я никогда не пробовала бренди. Портвейн, с другой стороны…

– Так сколько же тебе лет, деточка?

Итак, он наконец спросил об этом и достаточно язвительно.

Ей стало интересно, как долго он сможет держаться.

– Двадцать два.

Он фыркнул.

– Я думал тебе по крайней мере двадцать шесть.

Она усмехнулась, злонамеренно решив не потакать ему.

– Вы действительно так думаете, Джеймс? – спросила она ласково. – Для меня это комплимент. Меня всегда огорчало, что я выгляжу слишком молодо для своего возраста.

– Я уже говорил, ты чертовски нахальна.

– Ну! Да вы ворчливы сегодня. – Она коротко рассмеялась. – Интересно, почему?

– Отнюдь, – холодно возразил он, открывая ящик стола.

Раз так случилось, возьми стул и подсаживайся ко мне.

Она не ожидала приглашения и замешкалась с ответом, обдумывая, как бы поизящнее отказаться. Она видела, как изысканно он наполнял прекрасный бокал из полупустой бутылки портвейна и неожиданно решила, что половина бокала не повредит и даже поможет ей скорее заснуть. Она придвинула тяжелый стул к письменному столу и, прежде чем сесть, приняла от него бокал, опасаясь попасть в ловушку его зеленых глаз и прикосновений, как это уже было.

Усмехаясь, она словно случайно потянулась к нему бокалом, перед тем как сделать глоток.

– Должна сказать, вы сегодня очень общительны, Джеймс. – Его имя на ее устах (при том, что она никогда не называла его так раньше) раздосадовало Джеймса. – Особенно, – продолжала она, – с тех пор, как я решила, что разозлила вас кое-чем.

– Разозлила? Такой очаровательный ребенок? Почему ты так подумала?

Она едва не захлебнулась сладким красным вином.

– По вашим горящим глазам, – отважно сказала она.

– Страсть, милая девочка. Чистая… подлинная страсть.

Ее сердце учащенно забилось, хотя внешне она оставалась

очень спокойной.

Она поймала его взгляд и увидела в его глазах жгучую, всепоглощающую чувственность, какой невольно прониклась и сама. Она еще не барахталась на полу? Бог мой, если нет, то это должно было случиться.

Она опрокинула в себя остатки портвейна и на этот раз действительно захлебнулась им, что было весьма кстати, поскольку изменило ситуацию и дало ей время прийти в себя и благоразумно заявить:

– Я была права. Если я никогда не видела пылкой ярости – то вот она.