Нежное безумие

Высокий холм и деревья скрывают нас от чужих взглядов, но мы сидим выше, поэтому можем спокойно рассматривать любую скамью в парке.

У меня перехватило дыхание – Пенн и Адриана сидят рядом, а с ними Харпер у нее на руках. Пенн наклоняется к Харпер и целует ее в нос, пытаясь укусить за щеку. Малышка хихикает, машет маленькими, пухлыми ручками перед его лицом, просясь на руки.

Адриана улыбается и передает Харпер Пенну. Пенн улыбается Адриане в ответ. Их смех отдается у меня в груди, и я разбиваюсь на тысячи мелких кусков. Мое сердце так сильно разбито, что его части разлетаются пылью в моей груди.

Я хочу отвернуться, но я прикована к этому мгновению. Их мгновению. Это идеальная картинка семейного счастья, которое я пыталась разбить. Моя собственная семья рушится, а я пыталась поубивать всех, чтобы заполучить этого парня.

Парня, который влюблен в другую – в мать его ребенка.

Я – ошибка. Просто вспышка в его существовании. Игрушка, чтобы повеселиться. Так? Так. Пенн Скалли не принадлежит мне. И никогда не принадлежал.

Все, что я отдала ему: мое время, сердце и самолюбие – все напрасно.

– Это причина того, что твоя жизнь пошла наперекосяк. Из-за парня, который влюблен в школьную подругу. Который является отцом ее невинного ребенка, – уколол меня Гейб. – Бывают времена в нашей жизни, когда зло захватывает душу, и наша задача – искать чистоту, утешать тех, кто заботится о нас. Дарья, ты пришла ко мне израненная, испорченная, без направления в жизни, и я сделал то, что должен был. Тебе нужна была эта порка сегодня. Нужен был сигнал для пробуждения. Ты должна дать Пенну шанс построить свою семью. Вернись ко мне, любимая. К нам. Пришло время отпустить боль.

– Вы не поможете мне вернуть дневник, – шепчу я, и реальность давит на меня.

– Конечно, я помогу. В конце концов, я твой спаситель.

Вы – моя погибель.

– Откуда вы узнали, что они здесь? – Мои губы дрожат, и я вздыхаю. Стараюсь сдерживать слезы, и пока у меня это получается.

– Бауэр, – просто отвечает он. – Я кукловод, Дарья. Я играю всеми вами, держа на натянутых и коротких нитях. Гас никогда не бросит мне вызов. Теперь мы можем сделать все правильно и заставить Пенна понять, что ему нужно проиграть игру. Я верну твой дневник – я лично возьму его из рук Гаса. Или мы можем пойти неверным путем, тогда дневник опубликуют и все кончено.

– Кончено? – моргаю я. Он все еще считает, что есть «мы», – невероятно.

Он сокращает дистанцию на лавке между нами и хватает меня за щеки. Очень хочется укусить его за руку."

"– Измена – самый страшный грех, но я готов простить тебя. В конце концов, ты просто слишком молода и впечатлительна.

Слишком много всего обрушилось на меня в один момент. Этот псих действительно считает, что я изменила ему. Он заодно с Гасом.