Никому не скажем
— Ты меня поцеловал? — удивленно вожу пальчиками по губам. — З-зачем? У тебя же девушка есть. И ты… Ты всегда говоришь, что мы как брат и сестра, — совсем теряюсь.— Мне было вкусно, — его губы с коварной, пьяной улыбкой снова приближаются.— Прекрати! Стоп! Не надо так со мной. Пожалуйста. А если узнают?***Всего лишь крестница его отца, дочь погибшего друга семьи.Младшая сестренка. Мышонок. Так он меня называет, не воспринимая всерьез.Заботится, защищает, не подпускает парней.Только ему из нас двоих можно все.Экстрим, девушки, клубы.И даже целовать меня можно, когда вздумается.Ведь мы никому не скажем.
Я подумал, чего бы не окончить школу именно в нем. Отец с утра сделал пару звонков и вот, я примчался. К первому уроку не успел. Документы ездил забирать и тут оформлялся. Рассказывай, кто тебя обижает? Сейчас всех накажем.
— Ну ты даешь… — смеюсь я. — Не ожидала.
— А я вообще внезапный, — подмигивает Клим. — Зато со мной не скучно.
— Это я уже успела заметить. Кстати. Что вам было за тот алкоголь? — становится интересно.
— Да ничего не было пока. Чай налил, в коробку засунул и на место поставил. Отец не заметил.
Со звонком в кабинет заходит куратор, вызывает его к себе и официально представляет всему классу, сразу обозначая, что Клим — профессиональный боксер. Это для парней, чтобы не нарывались. А то наши заводилы уже косо на него смотрят.
После урока мы с Сашей проводим ему экскурсию. Показываю тот самый бассейн, про который мы говорили еще у него дома.
— Нормально, — удовлетворенно кивает. — В столовую?
Да! Кушать уже очень хочется.
Заносим цветы к Анастасии Сергеевне, ставим в ведро с водой и ведем Клима на обед.
С интересом наблюдаю, как он подбирает себе еду, параллельно рассказывая мне, что с чем сочетать, а что лучше есть отдельно и даже в какое время суток. Мне сразу становится стыдно за мою любовь к маминым пирожкам. А еще удивительно, как он преображается из забавного и нахального в серьезного, важного и, наверное, очень взрослого в сравнении со многими местными, парня.
Гриша с Васей сидят за соседним столиком. Недовольно косятся на нас.
— Поговорю с ними. Отстанут, — жуя овощи, заявляет Клим.
Сколько у меня теперь защитников…
— Вы случайно с Захаром не сговорились? — подозрительно кошусь на Зорина. Он только загадочно улыбается и невнятно машет головой, продолжая жевать.
До конца занятий все время где-то рядом. С народом знакомится. Девочкам нашим нравится. Он хорошенький и умеет быстро расположить к себе, так что фанатками в лицее обязательно обзаведется.
На литературе с его подачи вместо темы урока мы обсуждаем последнюю комедию и смеемся всем классом, а сразу после звонка на выходе из кабинета меня ловит Анастасия Сергеева.
— Стася, завтра вместо последнего урока зайди, пожалуйста, к нашему психологу, — просит куратор.
— Зачем? — сразу становится не по себе.
— Поговорить хочет. Не бойся. Ничего страшного там не будет, — Анастасия тепло касается моего плеча. — Если тебе что-то не понравится, ты всегда сможешь уйти.
— Ладно…
Попрощавшись с ней, в полной растерянности возвращаюсь к друзьям, пытаясь разобраться, что я такого сделала, чтобы меня отправили на разговор к психологу. Вроде веду себя, как обычно, и ничего не натворила.
Я в этих расстроенных чувствах едва не забыла про цветы. Пришлось вернуться за ними в кабинет куратора. Клим тут же забрал у меня тяжелый букет.
















