Нижний уровень – 2
Преисподняя – это не котлы с чертями, это мерзкое место, изнанка нашего мира, где живут твари и не могут жить люди. Однако нелюди, те, кто еще в детстве стал убийцей, а теперь поставил смерть на поток, пробили туда «спуски» и научились использовать «низ» для своих грязных дел. «Кто это видел?» – спросите вы. Я, Сергей Руднев, один из тех, кто волей судьбы оказался способным спускаться в преисподнюю и возвращаться живым. Пока живым. Потому что загадывать на войне – гиблое дело. А я веду войну с этими уродами. Сначала в Панаме. Теперь в Аризоне. Если понадобится – везде. Всегда!
За пикапом серебристый «эйрстрим», а за ним машина Белен и большой «моторный дом», который Витёк взял в прокат. И кемпер Бисона-старшего, он тоже здесь поселился пока. Лагерем встали, в общем. Браун в кладовке живет. Но это не надолго, еще раз побеседуем, и прилетят индейцы в голубом вертолете.
В прицепе у Патрика работал кондиционер, мы стараниями Витька от местной сети запитались, так что улица шарахнула по мне жарой во всю мощь. Тут жара еще круче, чем возле Финикса, пожалуй. Первым делом надел темные очки, при выходе на такое солнце из помещения слепнешь разом. Так, а где Росита? Готова или будет еще час собираться? Мы же не в «Ритц» едем, а в маленький, хоть и симпатичный мексиканский ресторанчик.
В «эйрстриме» тоже было прохладно, Росита сидела за столом и расчесывала густые черные волосы, загоняя их в тугой конский хвост. Других причесок у нее не бывает, да ни одна из них ей так не идет, как эта. Еще на ней были белые трусики и больше ничего – тонированные стекла прицепа это позволяли.
Я глянул на нее, испытав быстрый, но сильный укол совести, но затем легко задавил его в себе. Ничего не изменилось, все осталось на своих местах.
"– Я через две минуты готова, – сказала она сквозь зубы.
В зубах была зажата желтая резинка для волос.
– Я готов, – пожал я плечами.
Взял сумку с карабином, понес ее в пикап. Предосторожности лишними не бывают, хотя, по моим прикидкам, покушений на нас не будет, у противника сейчас должны быть другие заботы.
Так, «две минуты» в исполнении Роситы – это минут десять, она еще голая практически, так что успею зайти в склад.
Сразу за дверью столкнулся с Бисоном-старшим, который нес к выходу мусорный пакет.
– Брауна покормил, – пояснил он.
Ну да, я сам гонял в «Кактус-бар» за едой takeaway.
Я глянул на дверь в кладовку, в которой было прорезано окно, забранное частой сеткой от вентиляционной решетки. Это не мы сделали, это так и было, так что, по нашим подозрениям, в этой кладовке планировали кого-то держать. Или даже держали.

















