Нижний уровень – 2
Преисподняя – это не котлы с чертями, это мерзкое место, изнанка нашего мира, где живут твари и не могут жить люди. Однако нелюди, те, кто еще в детстве стал убийцей, а теперь поставил смерть на поток, пробили туда «спуски» и научились использовать «низ» для своих грязных дел. «Кто это видел?» – спросите вы. Я, Сергей Руднев, один из тех, кто волей судьбы оказался способным спускаться в преисподнюю и возвращаться живым. Пока живым. Потому что загадывать на войне – гиблое дело. А я веду войну с этими уродами. Сначала в Панаме. Теперь в Аризоне. Если понадобится – везде. Всегда!
К этому времени из Паркера приехал Майк, который сказал, что «хочет увидеть своими глазами». А к утру еще и обещал нагрянуть шериф округа Ла-Пас Джон Драм, его приятель."
"Я скатался в магазинчик при заправке, закупился водой и всякими снэкс, после чего вернулся обратно и загнал свой «Форд» прямо в склад. Затем почти сразу же позвонила Росита, которой я сказал, что задержусь еще на одну ночь. Тогда Росита вдруг предложила присоединиться ко мне, и я, к своему собственному удивлению, так же вдруг согласился.
Почему? Да черт его знает. Может быть, потому, что никаких бед я здесь уже не ожидал, так что она будет в безопасности.
– Я хочу, чтобы ты залезла в мой оружейный шкаф и достала оттуда… там слева стоит светлая такая винтовка, вот ее.
– Сейчас. – Я слышал, как она с телефоном в руках направилась в мой кабинет. Щелкнул замок двери, сама дверь прошуршала на роликах. – Слева?
– Да, слева.
– Вижу.
– Достань снизу сумку, брось винтовку в нее…
Хорошо, что у меня там все всегда в одном и том же порядке, так что все ценные указания я дал по памяти и не ошибся ни разу вроде.
Потом мы с Майком остались в складе вдвоем, разместившись в верхнем офисе. Кофеварка, пусть и мерзкая, с бумажными фильтрами, там была, равно как и немалый запас кофе, поэтому Майк взялся за его приготовление, а я методично шарил по шкафам и столам на случай, если детективы что-то пропустили, но они явно ничего не пропустили. С чего им пропускать?
Мысли крутились в голове разные, причем не все оптимистичные.
А это значит, что я теперь уже точно в прицеле. И это даже не от какой-то мстительности, это от практичности, потому что только я могу спуститься вниз следом за ними.

















