Новогодняя сказка для волка-одиночки (СИ)

Олеся увлеченно говорила о работе, ставила себе высокие цели. Ее резюме рассмотрел главный городской канал, ей почти утвердили авторскую программу. Кроме ТВ она много чего просто писала, для крупных новостных интернет-порталов. Тех, кто не гонит перелизанную друг у друга лажу.

И при всех своих успехах, независимости, прежде всего материальной, она была ошеломительно нежной и хрупкой. Женственной до мозга костей. Антону было с ней очень хорошо. Внутри зудело и щекотало, хоть он запретил себе любую мысль про интим. Но так хотелось смотреть на нее, слушать, улавливать элегантный аромат духов.

Они перекусили довольно вкусной уткой, пожевали какой-то салат. Часы шли, собеседники добрались до десерта. Антон понимал, нужно как-то разруливать дальнейшие планы. Иначе доблестный таксист увезет ее туда, откуда привез. Однако разговор о ночи Олеся начала первой.

- Антон, подскажи мне гостиницу не очень далеко отсюда. Сейчас мне не очень удобно ехать туда, где я живу.

- Как это?

Если это намек, то какой-то изощренный. Да и говорила она искренне.

- Пока я не найду квартиру, я проживаю у двоюродной бабушки. Сегодня сказала, что совсем не приду. Не хочется ее так поздно беспокоить.

Она вгляделась в его черты.

- Да, можно было бы снять квартиру, но Маруся! Моя кошка... Она еще маленькая и много шкодит. Никому не понравятся оторванные обои. А бабушке одиноко, и она позвала меня. Нас. Но в общем-то ее Маруся уже тоже достала.

Олеся рассмеялась открыто и весело. Антону же стало совсем не до смеха. Он понимал, что если прямо сейчас не увезет ее к себе, то просто умрет.

- Прости, - он накрыл ладонью ее пальцы.

Ручка замерла. Темные глаза тоже.

- За что? - широкая улыбка.

- Да есть... - он смутился. - Неважно. Не надо гостиницы.

Она вдруг сделалась серьезной, посмотрела на него прямо, прикусила губу. Через несколько секунд выдохнула.

- Хорошо.

На каждой пробке, на каждом светофоре он брал в ладонь ее руку. Гладил пальцы, подносил к губам. Целовал тонкую кожу запястья. Олеся дышала, глубоко, шумно. Он тоже уже не скрывал свое возбуждение. Воздух в салоне стал вязким, наполнился предвкушением. Но Антон до последней секунды пути четко осознавал - если она не захочет, он просто постелет ей на новом диване в гостиной и ни словом не упрекнет. Он тоже не хочет ее терять.

- У тебя уютно.

Она так прямо посмотрела на его губы в прихожей. Он скользнул руками по ее плечам. Понял, что ее охватывает такая же дрожь, как и его. Взял пальцами хрупкий подбородок.

- Чувствуй себя как дома.

Он наконец прильнул к ее рту. Желание вкусить, покорить эту нежность накрыло с головой. Антон даже не сразу озадачился ее ответом. А она словно задохнулась сперва. Потом опомнилась, ласково скользнула язычком по его губе. То боролась, то вторила его движениям.