Одноклассники smerti

Надю неожиданно поддержал Степан:

— Да ладно, Дим, не возьмет! Сейчас ведь капитализм! Думаешь, ее здоровье, — кивок на Надю, — кого-то волнует?! Да медики только счастливы будут, что отдельная палата освободилась!

— А больничный? — настаивал Полуянов. — Если сейчас уйдешь, тебе его не дадут. На работе неприятности будут…

— Я с этим разберусь! — поспешно перебила его Надежда. — Сама. В крайнем случае отгулы задним числом оформлю.

— Да уж. Ты разберешься… — саркастически произнес Полуянов. — Мне самому придется бегать, здешних врачих обольщать.

Он явно готов был сдаться, и Надя поторопила:

— Давай, Димуль, побыстрей. Это ведь не прихоть. Охота была со Сладковой объясняться, когда она вернется свои ключи искать?..

Полуянов извлек из кармана джинсов пресловутую связку.

— Я хотел их в почтовый ящик бросить. А потом решил — рискованно. Лучше заказной бандеролью отправлю. Ладно, Надюха. Уговорила. Собирайся.

* * *

Особых успехов в ремонте Надиной квартиры Полуянов не достиг. И потому обычные для русского человека посиделки на кухне сегодня напоминали бивак на поле боя. Хотя обломки мебели с мусором и вынесли, но пол после снятого линолеума был бетонный. И развороченная плита.

Хорошо, что у запасливой Нади нашелся электрический чайник — давний, до сих пор не распакованный, подарок коллег. Стол со стульями Дима со Степаном притащили из большой комнаты. Конфеты с сушками Митрофанова, чтобы обезопасить их от муравьев, держала в холодильнике, потому они не пострадали. Заварка и сахар, правда, стояли в разметенном взрывом шкафчике и погибли. Но Надежда и здесь нашла выход: одолжила их у соседки, любопытной бабки Юльки. Именно ее заботам Дима поручил Родиона. И, пусть дело было за полночь, Митрофанова не могла отказать себе в удовольствии забрать любимого таксика.

Удивительно, но, пока она хлопотала, усталость и головокружение сами собой сошли на нет. И когда наконец налила чаю, а мужчины дружно захрустели баранками, Надя первая в нетерпении потребовала:

— Ну, Дим! Теперь я готова. Рассказывай.

— Да, похоже, она это, — буднично буркнул журналист — его не востребованный в больнице запал явно прошел. — Она убивает. Ваша Сладкова.

Надя со Степаном изумленно переглянулись. Митрофанова потребовала:

— Почему мы тогда до сих пор не позвонили в милицию?..

Степан поморщился. Дима усмехнулся. Поспешно метнул в рот баранку. Запил чаем. И произнес:

— А потому что… Много я в ее квартире интересного нашел. Но доказательств — ни единого.

Он снова умолк.

— Ну?!. – поторопила его Надежда. — Чего нашел хотя бы?

— Во-первых, — начал перечислять Полуянов, — диск. Новенький. А на нем — внимание, Надька! Тебе это ничего не напоминает? Колыбельная Дворжака.

— Тот самый? — ахнула Митрофанова.