Он. Она. Другая (СИ)

У тебя как? Может, приедешь? — волнуется его мама.

— Да нет, сейчас пробки везде, я только с работы. Не переживайте так, — понимаю, что он пока не говорит ей обо мне, о нас. Да и не место, и не время.

— У тебя там девятый этаж! Страшно за тебя, джиним, — называет его ласково, а я бесшумно прыскаю, потому что это очень мило и напомнило мне своего папу.

— Не волнуйтесь так. Я же большой мальчик. Тем более, сейчас всем разрешат домой вернутся. А я там еще даже не был.

— Ой, Нариман! Ты всегда делал, что хотел. Никого не слушал, — причитает мама. — Ну хорошо. Как всегда сделаешь по-своему.

Он еще с минуту успокаивает маму, а закончив, смотрит на меня в зеркало заднего вида и спрашивает:

— Какие новости?.

— В Алматы пятибальное землетрясение. А эпицентр на границе Казахстана и Китая. Там шесть баллов.

Нариман аж присвистнул от удивления. Пять и шесть баллов — редкость для нас, а уже такое затяжное — тем более.

— Еще пишут, что десять минут назад зафиксирован афтершок (повторный толчок — прим. автора) — два балла. Кто остался дома, почувствовал. Пункты сбора открыли, а домой вернуться можно будет только, когда ЧС-ники разрешат. Ого! Ничего себе! — подняв глаза, вижу, что мы встали в длиннющей пробке.

— Ничего страшного, сейчас проскочим, — успокаивает Нариман. — У тебя опять телефон звонит.

Опускаю глаза и округляю глаза от удивления, потому что это бывший муж. Неужели новости уже долетели до Будапешта.

— Привет, — здороваюсь сдержанно.

— Сабина, что у вас там происходит? Я вообще случайно узнал. Пять баллов — это очень много. Как Нафиса? Испугалась.

Боже мой, как много вопросов сходу!

— Да, пять баллов. Трясло чуть больше минуты, Нафиса спала, потом проснулась. Мы сейчас едем к тете.

— Вот урод, твою мать, — Нариман ругается из-за подрезавшей его машины.

— На такси? Водитель какой-то нервный, — замечает Таир.

— Нет, мы не на такси. Мы…с Нариманом. Он мой…

— Я знаю, кто он, — недовольно бурчит. — Он так поздно был у вас?

— Мы вместе гуляли, — быстро прихожу в себя и перевожу тему. — Так что ты хотел?"

"— Можешь дать Нафису? Хочу услышать ее голос.

— Она уже уснула. Давай завтра?

На том конце провода тишина. Но даже несмотря на разделяющие километры, я чувствую его разочарование. Может, даже обиду.

— Ладно. Пришли хотя бы фотки свежие, посмотрю на нее.

— Окей. Это все?

— Да, — вздыхает. — И будьте осторожны.

— Хорошо, спасибо. Пока.

После разговора захожу в нашу переписку в мессенджере и нажимаю на кнопку “Прикрепить фотографии”. В галерее выбираю несколько снимков Нафисы в Ботаническом саду, где она мне хорошо позировала. С чувством выполненного долга выключаю смартфон и смотрю на ночной город и вереницу машин. Но через минуту телефон пиликает и мне снова приходится в него заходить.