Он. Она. Другая (СИ)

Доношу Нафису до комнаты на втором этаже и кладу на кровать. Спускаемся с Сабиной вниз, а у лестницы нас уже ждут ее тетя и дядя. Представляюсь ее тете и понимаю, что она меня внимательно так сканирует. Неудивительно, ведь я для них пока что чужак.

— Нариман, вы тоже оставайтесь. Вдруг опять землетрясение, — предлагает женщина. — Мы в соседней комнате вам постелим. Дом большой, а сын в командировке.

— А Шамиль где? — спрашивает Сабина.

— Вот как уехал утром, так не приезжал, — сетует ее тетя, а потом обращается ко мне. — Нариман, проходите, я на стол накрыла. Чай попьете, а потом пойдете спать.

— Рахмят, хэдэ, — прикладываю руку к груди в знак уважения, как положено. — От чая не откажусь, но потом поеду.

— А как же? Вдруг опять трясти будет?

— Да не страшно. Сколько нас уже трясет.

— Это да, — соглашается дядя Сабины, — я здесь родился и столько землетрясений повидал. Уууф! — жестикулирует он. — Ну пойдемте, пойдемте.

Не желая обидеть хозяев, провожу в их доме чуть больше получаса, а потом прошу меня простить и встаю из-за стола. Завтра на работу, а из головного офиса пришло оповещение, что Ансар собирает всех завтра на большое собрание. Сабина вызывается меня проводить и, накинув легкую кофточку поверх футболки, выходит со мной на улицу. По двору идем молча, выдерживая положенное расстояние. Но как только за нами закрывается дверь калитки, я не в силах больше держаться, обнимаю ее и прижимаю к себе.

— Весь день хотел это сделать, — признаюсь, поцеловав ее в лоб. — Надеюсь, здесь нет камеры?

— Нет, — тихо смеется и утыкается носом в мою шею и легонько ведет им. Маленькая моя. Обвивает меня руками и ладони на спину кладет.

— Завтра не смогу тебя забрать. Ансар вызывает. Но машину за тобой пришлю.

— Хорошо, — взмахивает длинными ресницами и глядит так нежно снизу вверх. — Я сразу отсюда поеду, взяла одежду на всякий случай.

— Молодец, — хвалю ее и осторожно касаюсь губ.

— Напиши, когда будешь дома, — просит она после поцелуя.

— Волнуешься за меня?

— Нет, — заговорщицки шепчет. — Нисколечко.

— Жестокая, — прижимая лоб к ее лбу, еле дышу. — Люблю тебя.

Во взгляде ее робком читаю смятение, удивление, а после принятие. Мне страшно услышать отказ, еще страшнее — видеть равнодушие в обожаемых глазах. Но этого не происходит.

— Я тоже люблю тебя, Нариман, — отвечает, улыбнувшись.

О большем я и мечтать не мог.

Глава 20. Время

Таир

К счастью, Элина ко мне прислушалась. А может, и не ко мне вовсе, а к врачу ведущей алматинской клиники репродуктивной медицины, который проконсультировал ее онлайн. По мнению доктора, оставшиеся семь месяцев в Будапеште, ей надо расслабиться, принимать препараты и витамины, отслеживать овуляцию и пробовать зачать самостоятельно.