Он. Она. Другая (СИ)

А в целом, он очень умный и активный мальчик. Когда я прихожу, Эля выносит его на руках, а он звонко смеется и тянется ко мне. В этот момент чувствую себя счастливым, но тут же корю себя за эти ощущения. Я понимаю: чтобы больше не стыдиться любить и быть с любимой, нужно поговорить с женой и принять на себя весь гнев, не только Сабины, но и всего мира, если потребуется.

Поднимаюсь на четвертый этаж и вижу, что моя малышка сначала высовывает голову за дверь, а потом распахивает ее для меня, встречая. Босая, в коротких шортах и футболке, оголяющей живот. Длинные волосы перекинуты на одно плечо. Останавливаюсь. Скольжу по точеным щиколоткам, красивым коленкам, стройным ногам, останавливаюсь на гибкой, изящной талии.

— Только в подъезд босиком не выбегай, застудишь ноги, — предупреждаю ее, а она лучезарно улыбается.

— Заждалась тебя просто.

— Ну вот он я. Встречай.

Вхожу в квартиру и Эля тут же бросается на шею, зацеловывает и шепчет, как скучала. Хочу, чтобы так было каждый день. Чтоб с работы встречала, целовала, обнимала, любила. Об остальном я подумаю позже.

— Где сын? — нехотя отрываюсь от ее сладких, как мед губ.

— Смотрит мультик на диване.

В этот момент из зала слышен грохот и мгновенный горький плач Алана. Мы влетаем в комнату и видим, как он лежит на полу головой вниз.

— Что с ним? Он был на диване? — громко спрашиваю Элю, пока она поднимает малыша.

— У него кровь. Таир, у него изо рта идет кровь! Господи!

Элина начинает паниковать и плакать, хватает Алана и бежит с ним в ванную. Я — за ними.

— Надо срочно ехать в больницу, — прошу ее, стоя в дверях маленькой ванной.

— Но кровь. Нужно ее остановить. Кажется, он повредил уздечку, когда ударился. Все, все, сыночек, милый, потерпи, пожалуйста.

Алан громко кричит от боли, а Эля ревет от страха, потому что кровь не останавливается.

— Перекись есть?

Она кивает.

— Так, давай мне Алана. Бери перекись, вату и поехали.

— Да. Да… — растерянно повторяет она.

В дороге Алан не переставая плачет. Благо, они живут недалеко от детской больницы. Я велю Эле смочить вату в перекиси и положить на рану во рту. Помню, что Сабина всегда так делает. Через минут пятнадцать забегаем в приемное отделение, я сразу же иду к медсестре, объясняю ситуацию, прошу врача, пока Эля успокаивает Алана. Она велит им идти за ней, а я остаюсь один и пытаюсь восстановить сбившееся дыхание. Шарю по карманам в поисках телефона и понимаю, что оставил его в машине, когда

смотрел в приложении, как быстрее доехать до больницы. Решаю остаться, вдруг здесь понадоблюсь.

Меряю шагами холл, где сидят несколько мам с детьми постарше в ожидании осмотра. Проходит не так много времени, прежде чем я слышу голос Эли, которая хвалит Алана, а он довольно лопочет что-то на своем.