Она будет жить с нами

Мой столик находился в дальнем углу от входа и на ту минуту, которую Эдик потратил на то, чтобы до меня добраться, я видела весь мир вокруг, словно он вытянулся в длинный гулкий тоннель.

- Ну, привет, Ульяша, - как сквозь вату донеслись слова мужа, так и сочащиеся превосходством. - Нагулялась?

Спросил и замолчал, явно наслаждаясь моим замешательством. Я знала эту его ужасную привычку задать неудобный вопрос и давить ожиданием. Причем не ответить было нельзя. По крайней мере, без риска спровоцировать придирчивое угрюмое настроение. И хотя за все время нашего брака Эд и пальцем меня не тронул, все равно это его странное подавленно-мрачное состояние до чертиков пугало. Тем более, напугало сейчас. Поэтому я принялась лихорадочно искать способ, как его успокоить.

- Я не гуляла, - понимая, что мое пребывание на вокзале наводит на вполне определенные мысли, решила озвучивать вещи, максимально приближенные к действительности.

- Вот как? - ухмыльнулся муж.

Он опустился на соседний стул и потянулся к моему телефону. Пальцы сами собой обхватили тонкий металический корпус, но Эд без труда их разжал, лишая меня еще одной точки опоры. Очередное унижение и очередная стеклянная стена между мной и спасительной реальностью.

- А зачем же ты тогда здесь?

- Собиралась купить билет и уехать. Не хочу мешать твоему новому семейному счастью, - как я ни старалась, а сдержаться и не уколоть не получилось.

Эд насупился, как призовой бык, готовый поднять на острые рога зазевавшегося тореадора.

- Ты - моя семья, - сделав ударение на «ты» уже далеким от шуток голосом, заявил он.

- А как же Карина? Она тогда кто?"

"Я совсем не хотела развивать эту унизительную тему, особенно здесь, в окружении такого количества посторонних людей, но вопросы жгли мне язык и буквально сами срывались с него.

- Карина теперь тоже, - очень терпеливо, с чувством, с толком, с расстановкой, так, словно я  малость умственно отсталая, пояснил Эдик.

В горле снова встал ком размером с тунгусский метеорит. К глазам подступили слезы. Это был какой-то нескончаемый кошмар. И я не знала, как его пережить.

- Ты сам-то себя слышишь, Эд? - почти умоляя, прошептала я, в каком-то отчаянном порыве схватив его за руку. - Что ты сделал с нами?! Я ведь так тебя любила!

- Что значит, любила?! - Он буквально взорвался от плохо контролируемых возмущения и злости. - Я устал от твоих детских выходок! Ты что, в самом деле считала, что сможешь от меня убежать?

Как-то враз я вдруг поняла, что не могу на него больше даже смотреть.

- Отпусти меня, - уставившись глазами куда-то в пол, попросила едва слышно.

- Не говори глупостей, ты моя законная жена. Твое место рядом со мной. И точка. Это понятно?

Я молчала.

- Понятно? - начиная сатанеть, переспросил Эд.

Пришлось мотнуть головой.