Она будет жить с нами

Легкость, которая уравновешивает. И которой сейчас я, черт побери, не чувствовала от слова совсем.

- Уль… потому что я так решил, - притворно уставшим голосом сказал Эдик, и тут я заметила, как Карина положила руку на живот.

Словно бы в защитном жесте. Мой испуганный взгляд переметнулся на мужа. Тот был совершенно спокоен.

- Да, Карина беременна. От меня. И она будет жить с нами.

Это известие настолько ошарашило, что букет выпал из моей руки и приземлился на пол с тихим шелестом.

Я стояла, смотрела на эту незнакомую женщину, которая смело выдерживала мой взгляд, а у самой сердце билось так отчаянно и быстро, что вот-вот готово было выпрыгнуть из груди.

Эд всегда был таким… Требовал беспрекословно ему подчиняться, выполнять все, о чем бы ни попросил. И мне это нравилось, иначе бы не вышла за него замуж.

Познакомились мы два года назад, в кафе, принадлежащем мужу, куда я устроилась официанткой для подработки, пока училась в институте. Эд мне запал в душу сразу, когда вдруг перехватил поднос, что едва не опрокинулся на посетителя. Сейчас момент нашего знакомства так и стоял перед глазами.

«Осторожнее… Ульяна, - сказал Эдик, мазнув взглядом по бейджику на моей униформе. - Не хотелось бы увольнять такую… прекрасную сотрудницу».

И нет, вовсе не тот факт, что Эд был владельцем этого кафе привел меня в его постель, а после - под венец.

- Карина беременна, - выдохнула я, тяжело оперевшись на стол.

Она носила ребенка моего мужа. Того самого, о котором Эдик говорил мне, что с ним нужно подождать. И муж не просто принял решение воспитывать его на стороне, о чем я бы, возможно, никогда не узнала. Он вот так открыто и спокойно заявлял, что его любовница будет жить с нами!

Я выбежала из кухни, по пути наступив на свой несчастный букет. Метнулась в спальню, потом - в гостевую комнату. Наткнулась на две внушительных сумки, что стояли возле шкафа. Показалось, что от них пахнуло сладковатым смрадом. Фу, какая гадость! Какой ужас…

Я принялась пинать вещи Карины в сторону выхода. Остановилась лишь от стона-вскрика их обладательницы, что уже маячила на пороге:

- Эдичка!

Она вновь схватилась за свой плоский живот. От этого жеста и этого голоса к горлу подкатила тошнота. Так своего мужа называла только я!

- Ульяна, хватит! - выкрикнул Эдик, схватив меня за плечи и ощутимо встряхнув.

В этот момент я почувствовала себя китайским болванчиком, потому что голова моя качнулась взад-вперед несколько раз.

- Иди в душ и приди в себя, - процедил муж, начиная выпихивать меня из комнаты.

Той комнаты, которую мы с ним обставляли вдвоем какие-то пару лет назад! Той, в которой теперь, как выяснилось, будет жить его любовница.

- Нет! - выдохнула я, цепляясь за рубашку мужа. - Нет!

Сама не могла бы сказать, сколько всего было вложено в это слово.