Они под запретом
— Поцелуй с Данилом ничего не значил. Ты прав, я была в него влюблена долгие годы. Но теперь это в прошлом. Сегодня я это поняла.— И что мне делать с этой информацией?— Я… не знаю, — запнувшись, я обнимаю себя руками в попытке защититься от равнодушия этого вопроса. — Но ты ведь предлагал поехать с тобой. Мне показалось, что для тебя все было не просто так.Арсений криво усмехается и, опустив голову, трет лицо.— Да, ты угадала, Аина. Для меня все было не просто так.— Мы должны попробовать, — тихо повторяю я. Щеке становится прохладно — из глаз вытекает новая слеза.— Тебе пора вызвать такси, — хрипло произносит Арсений и, сжав голову руками, откидывается на спинку дивана. — Никто никому ничего не должен.
Вот так неожиданно к моей тревожности примешивается стойкое чувство вины. Может быть, мне стоило хотя бы намекнуть сестре на то, что мы с Арсением решили быть вместе? Вдруг она обиделась, что я держала ее в неведении? Просто тогда между нами была вся эта невыясненность с Инессой, и я боялась спугнуть свое счастье.
— А вы, смотрю, все вместе решили сегодня заехать? — Петр, стоящий посреди гостиной, окидывает нас обеспокоенным взглядом и выглядит так будто его застали врасплох.
Я понимаю, в чем заключается причина его растерянности, когда в следующее мгновение из кухни выходит незнакомая женщина. На вид ей сорок-сорок пять, пышные темные волосы, красивая. Лицо ухоженное, брюки и джемпер явно дорогие.
— Знакомься, Аина, это Лена, — понизив голос, представляет нас отчим.
У меня не сразу получается совладать с собой. Надо улыбнуться, но губы совсем не слушаются. Сомнений быть не может. Передо мной стоит она, замена моей мамы.
— Здравствуйте, — наконец, выталкиваю я и ощущаю, как щеки начинает припекать. Я давно подготовила себя к этой встрече, но действительность как обычно, внесла свои коррективы. Просто я настраивалась на другой разговор и совсем не ожидала столкнуться лицом к лицу со страхами из прошлого.
— Приятно познакомиться, — произносит Лена и с улыбкой оглядывает остальных. Кажется, она тоже немного растеряна.
Мне хочется взять Арсения за руку, чтобы позаимствовать его спокойствие, но я слишком хорошо помню, что нельзя. Как и обычно, спасает Луиза.
— Лидия на кухне, да, Лен? Мы все голодные. Надо поскорее на стол накрывать.
44
— Ну как стройка? — интересуется Петр, увлеченно орудуя вилкой. Пожалуй, слишком увлеченно, подтверждая его смущение незапланированным знакомством. — Оттуда едешь, я так понимаю?
— Да, оттуда, — в своей немногословной манере подтверждает Арсений. — Решил по пути заехать.
Я сижу как на иголках. А вдруг Петр спросит, каким образом здесь появилась я? Что мне делать тогда? Соврать, что я приехала с Луизой на глазах у нее самой? Это будет выглядеть совсем жалко.
Но отчим, к счастью, не спрашивает. Наверное, присутствие его новой женщины играет мне на руку в определенном смысле.
Я украдкой разглядываю ее все то время, что мы сидим за столом. Понятия не имею, что пытаюсь в ней найти. Наверное, хочу убедиться, что она хотя бы чуточку уступает моей маме. Я совсем не желаю отчиму связать себя с недостойной женщиной — нет. И невооруженным взглядом видно, что Лена — не первая встречная с улицы, и что со внешностью, умом и манерами у нее все в порядке. Скорее, мне хочется быть уверенной, что будь мама жива, у Лены не было бы против нее шансов, и они с Петром по-прежнему были счастливы. Мне будет проще принять его союз с другой, зная, что он выбрал ее, просто потому рядом с ним нет моей мамы.

















