Остров сбывшейся мечты

В правой его тумбе были полки, а левая представляла собой что-то вроде шкафчика с резной дверцей. Сергей потянул за ключик, торчавший из замочной скважины, дверца открылась, и глазам Бабкина и Макара предстала старенькая пишущая машинка, возле которой лежала пачка бумаги.

– Я тебе говорил, что машинка, – удовлетворенно сказал Макар, изучая допотопный агрегат. – Поверь мне, это не от бедности, а исключительно от консерватизма.

– Я уже поверил, – мрачно бросил Сергей. – Всему поверил.

Он встал, за ним поднялся и Макар.

– Как прикажете к вам обращаться, Михаил Олегович? – с сарказмом поинтересовался Бабкин. – Может быть, госпожа Строганова? Анжелика Олеговна – неплохо звучит, по-моему…

– А мне больше нравится Риддер, – признался Илюшин. – Феликс Риддер. И названия у него куда звучнее, чем у Строгановой. Что такое «Путь к мечте»? Шаблон, причем скучный. А вот «Собаки Тлена» куда оригинальнее.

– «Зеркало Безбожника»…

– «Корабли великой пустоши»… Я полагаю, господин Каморкин, что названия к дамским романам придумывает издательство, а вот для фэнтези вы оставляете свои. А поскольку вы и в самом деле большой фантазер и выдумщик, то ваши, безусловно, удачнее. Согласны?

Старик откинулся в кресле, глядя не на них, а в стену с каким-то брезгливым выражением лица.

– Вы что-нибудь нам скажете? – осведомился Макар. – Или так и будете изображать партизана на допросе? Хотя… вам ведь не впервой кого-нибудь изображать, так что у вас это хорошо получится. Вы блистательно играете. Серега, – обернулся он к Бабкину, – напомни, кого мы с тобой видели?

– Бедного старика, живущего на крошечную пенсию. – Бабкин загнул палец.

– Дядюшку, любящего племянницу… Убедительно сыграно и очень вдохновенно.

Каморкин перевел на Илюшина ненавидящий взгляд.

– Серега, мы кого-то забыли?

– А как же. Самая главная роль – талантливый фотограф!

– Именно! О, здесь вам можно аплодировать стоя, Михаил Олегович…"

"Ненависть во взгляде старика сменилась ужасом.

– Вы думали, никто не узнает? – удивился Илюшин. – Но рукописи-то не горят! В нашем случае, конечно, не рукописи, а письма, но это сути дела не меняет.

– В-в-вы… письма… н-нет, не может быть… – выговорил Каморкин. – Откуда?!

Бабкин презрительно хмыкнул.

– Знаете, Михаил Олегович, – сказал Макар, – честно говоря, вы не первый преступник, которого я встречаю. Представьте себе, я даже знаком с довольно изощренными убийцами. Одни совершали преступления из жажды наживы, другие – от ревности, третьи – из мести… Собственно говоря, мотивов не так уж и много, даже для самых затейливых убийств. – Илюшин присел на корточки, с любопытством оглядел старика и наклонил голову набок.