От подчиненных до подчиняемых (СИ)

С тех пор, как я тебя узнала, у меня ничего не идет нормально. Будь добр и хоть немного мне помоги. Я больше не проводник между вами. Я не ваш личный психолог. И, честно говоря, меньше всего я хочу им становиться, пока Марго отбирает мой бизнес. Я просто хочу… чтобы вы потом не жалели всю оставшуюся. Я приму любое ваше решение. Скажете — выбирай между двоих, и я разорвусь, изобрету машину для клонирования. Я не ждала, что обойдется без сложностей, но… Я на пределе уже. Эти американские горки доведут меня до могилы. Я позову его, и ты никак меня не остановишь. Он имеет право узнать ответы, а я… я, пожалуй, нажрусь до поросячего визга. Не один ты такой умный.

Я сделала новый обжигающий глоток. Достала телефон, написала Максу, чтобы тот заходил, и что мы в зале с камином, что Ярослав в стельку пьян, и я тоже скоро буду. Что его друг не особо готов к разговору, а я не выдержу очередной сцены. Что можно подгадать момент, дождаться, когда все будут трезвыми, когда будут готовы слушать и отвечать, но уже не сегодня. И что я страшно голодна. Сумбурно вышло, но мысли и правда путались. Алкоголь просочился в кровь, разгрузил нервную систему от ненужных размышлений, но добавил новых, немного странных и даже забавных. Я вспомнила старую песенку про султана и трех жен. Три? Чокнуться можно и от двух. Но куда я денусь, если люблю обоих?

Макс зашел в комнату спустя пару минут. Тихо и очень осторожно. Быстро оценил обстановку. Его взгляд упал на друга, по-прежнему лежащего на моих коленях. Рыжик собрался было что-то сказать, но не посмел. Ярослав почувствовал, услышал шаги, сжался весь и отвернулся к спинке, чтобы не взглянуть в ответ. Как же мне жаль его… Есть ли шанс, что Макс примет его чувства? Думаю, никто не мог бы ответить на этот вопрос. Даже сам Макс.

— Поищу кухню, — в итоге произнес рыжик с плохо сдерживаемым волнением в голосе. — Найду, что поесть.

Я кивнула.

Ярослав закрыл глаза, обнял себя руками и шумно дыша спустя некоторое время отрубился. И хорошо. Сон пойдет ему на пользу. Ласково погладив его напоследок, я слезла с дивана и направилась на поиски второго возлюбленного. Меня повело от выпитого и от чувства неопределенности. Больше всего на свете я ненавидела быть беспомощной. Беспомощной настолько, чтобы опустить руки. Я могла сколь угодно долго выдумывать хэппи энды, представлять нашу с Ярославом и Максом счастливую совместную жизнь, могла упереться рогами, биться в закрытую дверь и тужиться как в последний раз, но что толку, если от меня ничего не зависит? Где начинается свобода другого человека — заканчивается моя.

Рыжика я нашла довольно быстро, буквально за соседней дверью, в небольшой по современному обставленной кухне в серых тонах, я бы даже сказала минималистичной.