Разбуди меня (СИ)

— И что кошечка сказала котенку?

Нет-нет-нет!!

— Она сказава — мяу, папочка! Она вже кофка…

— Что это означает?

— На кофкином это означает… ты мое чудевсное совнышко.

— М-м…

Срываюсь в лес. Прячусь за толстый ствол, выглядывая и наблюдая издали. Здесь возвышенность и все прекрасно видно.

Эльдар говорит с охраной, поднимая Тико на руки.

Мне не стоит сюда приходить. Эльдар не дурак. Но я не могу удержаться.

Эльдар выходит за ворота и идёт туда, где кусты и наша сетка, через которую мы встречаемся с Тико.

Разворачивается. Смотрит на лес. А мне кажется на меня.

— Татико! Если ты здесь… Ты можешь прийти сюда открыто!

— Рассказывай сказки… — цежу я.

Если я зайду, то уже не выйду. И наверняка мне придется. Но еще немножечко свободы!.. Совсем чуть чуть…

Это его люди приезжали тогда? Или — фейсы?

Я распята между ними. Но ничего! Я обязательно что-нибудь придумаю.

Иду домой. Ищу в себе энтузиазм и энергию. Потому что депрессовать надо тогда, когда ты заперт в четырех стенах и ничего не можешь. А я свободна и могу!

Что будешь делать, обезьянка? Выкрадешь дочь?…

Пока что рано думать об этом. Как это не грустно.

Поэтому я думаю о моем Митяе.

И сердце моё стучит, радуясь старому другу.

Ах какой! Красавец стал. Мужчина! Мне гордо за него.

И может, самую крошечную капельку жаль… В груди щемит. Я даже не могу понять почему. Быть может потому, что понравился мне… Чуть больше, чем друг. Но это ерунда. ""Митяй"" — это гораздо круче и важнее, чем симпатия к мужчине, верно? Тем более к чужому.

Вот эта чертова любовь — она ничего не стоит. Эльдар тому пример. Я зареклась, наверное.

А Митяй — он как старинная родня. С ним рядом я ""дома"".

Девочка его очень хорошенькая, да?…

Морщусь.

Фу, какая гадость, твое лицемерие, Тати. Фу-фу-фу! Тебе не идёт!

Девочка его тебе не понравилась! Размазня невнятная! И все внимания его ты хочешь только себе. И ревнуешь, как Отелло, ко всяким невнятным девочкам.

А вот, да!

Митяй всегда был моей собственностью. И первым моим мужчиной. Не в смысле какой-то там страсти, нет! Но как мерило преданности и рыцарства, полного великодушного принятия моей девчачьей капризности и самодурства. Обожать!

Я всех дальше мерила по нему и подруг и друзей. Поэтому у меня их и не было.

И сейчас возвращаясь домой, я ною от раздражения, что не могу как девчонка бежать к нему.

Ничего не поделать. Взрослая жизнь вносит свои коррективы.

Ах, как бы мне хотелось познакомить Тико и Митяя. Но… Этому не бывать. Это — какая-то совсем другая версия реальности.

Врастаю в землю, не доходя до дома.

На дороге, у моих ворот, оперевшись на капот тачки и сложив на груди руки — мой следак. Зольникова. Зараза…

Глава 9 — Оплакивать

Мы с Кирой все больше молчим. Обоим неловко.

Спали отдельно. Я у себя, она на диване в гостиной.