Отель последней надежды

— И в туалетах?

Надежда пожала плечами.

За ее спиной подносчик багажа грузил на тележку упаковки с водой, а рядом стоял Коля Саньков и смотрел, как тот грузит.

Надежда кивнула Любе и подошла к тележке.

— Коль, — осторожно сказала она. — У нас на кухню вода через центральный вход не заезжает. Для этого есть другие двери и другие лифты.

— Да это не на кухню! — произнес Саньков с досадой. — Это гость с собой привез. Чтобы хватило на два месяца!

— Как с собой?! — поразилась Надежда.

Подносчик уже наставил упаковок в свой рост, и теперь ему приходилось закидывать их наверх. На мраморном полу оставалось еще примерно столько же.

— Хватит, больше нельзя, увози, — велел Коля подносчику. — Представляете? Это кто-то из службы охраны минералочки с собой захватил американской!

— Да они и так всегда воду привозят свою, — в изумлении сказала Надежда. — И кулеры везде ставят, такие здоровые кипятильники с пластмассовыми стаканами! Но чтобы кто-то в номер столько воды завозил, я первый раз в жизни вижу!..

— Ну, а этот привез личную, общественной ему мало или она не подходит. — Коля был раздражен, то ли из-за воды, то ли из-за того, что подносчик теперь никак не мог заехать в лифт — телега билась о порожек и внутрь никак не переваливала. — Надежда, извините меня, пожалуйста, я ему помогу.

— Да, Коль, бегите!

Он пошел к лифтам, но остановился и спросил негромко:

— Покажете мне Питер? Такой сказочный город!.. Мне хочется, чтобы показал кто-нибудь, кто его любит. И у меня машина здесь, я из Москвы на машине приехал.

Девочки за конторкой, которые все продолжали селить китайцев, замерли, как будто в игре «море волнуется». Надежда спиной чувствовала их взгляды и напряженные уши, которые ловили каждое слово. Ну конечно!..

Ну, сейчас начнется — романы, истории, трагедии, комедии, фарсы, любовная лирика, пьесы из русской жизни, пьесы из американской жизни и напоследок пьеса «Чайка» с Ниной Заречной!.. Служба безопасности, компьютерщики, электронщики, которые начнут менять провода, — а в отеле будут менять все провода, все, до самого последнего жалкого шнура, идущего к телефону! — такие незнакомые, странные, говорящие на другом языке, живущие по другим законам, все они в основном мужчины!.."

"Помогай нам бог, целая толпа совершенно новых мужчин, которые проживут здесь много месяцев! Это вам не обремененный семьей швейцар Пейсахович, тут дело посерьезней будет!

Надежда оглянулась, и, как в комедии, все моментально отвели глаза.

— Коль, мы с вами это обсудим, — сказала она с деловой сердечностью в голосе. Этой деловой сердечности ее научила Лидочка. И не обязывает ни к чему, и собеседник вроде доволен. — Сегодня я точно не могу.