Отец подруги. Навсегда твоя

Я не замечаю как проходит несколько часов, нас прерывает сотрудник пансионата, который объявляет, что пора собираться на обед.

— А как же? — ахаю я и смотрю на Дамира. — Какой обед, мы же… Дамир, мы же заберем…

— Тая, не сегодня.

— Что значит не сегодня, ты же сам понимаешь, как долго тянутся все эти процессы…

— Завтра, Тая, не переживай. Завтра мои люди приедут заберут Виолетту Михайловну, отвезут в клинику, там она пройдет врачей, и только после этого, директор пансионата даст добро, забрать ее. И то это по договоренности под ее ответственность. Если Виолетта Михайловна согласна.

— Конечно-конечно, — старушка улыбается, прощается с нами и бодренько выходит из комнаты, я же оборачиваюсь к Дамиру с желанием его обнять, но стопорюсь, зацепившись о его взгляд. Вслед соседки он смотрел настороженно и уже не так тепло.

— Что?

— Если врачи подтвердят ее болезнь, то она не будет жить в моем доме, рядом с моим сыном. Но жилье мы ей найдем, конечно же. — Пока я пытаюсь собраться с мыслями, чтобы ответить хоть что-то, Дамир добивает меня окончательно. — Все, давай быстрее, нам надо выбрать няню. Завтра прием. У нас край, Таисия.

Глава 39

— Поверить не могу…

— Это разве она?

— Та, кого обвиняли в плагиате. Так-то…

Это и много всего другого я слышу, едва мы переступаем порог ресторана, в котором проходит празднование дня рождения сына хороших знакомых Дамира. Я не хотела сюда приходить, а уж как увидела, как смотрят присутствующие, не стесняясь собственных реакций, так и совсем захотелось развернуться и уйти.

На душе неприятно от того, что люди даже не попытались разобраться. Я видела те статьи, там почти ничего из правда. Но заголовки красивые: “Известная дизайнер из Испании украла идею у нашего соотечественника”, “Бывшая любовница отомстила, украв дизайн, а теперь предстанет перед судом”. И прочее, прочее…

У меня от одних заголовков начинали трястись руки, а уж теперь, когда я понимаю, что в комментариях отметились не какие-то неудачники, а вполне себе реальные, успешные люди, становится не по себе. Неужели у них отсутствует критическое мышление? Как человек, обладая такой властью и деньгами, не может перепроверять все данные, прежде чем рубить.

Впрочем, то, что они говорят — лишь вершина айсберга, по-настоящему становится не по себе, приезжает ювелирша с дочерью. Я практически сразу понимаю, что девушка рядом с ней никто иначе, как дочка, потому что стоит прибавить ей несколько десятков лет, как я вижу в чертах лица ее мать. А еще немного погодя в зале появляется Рома и вот тут вот да… мне хочется провалиться сквозь землю. Потому что смотрят на нас, то на Дамира, то на Рому. Будто мы бывшие любовники, честное слово, а не деловые партнеры.