Отец подруги. Навсегда твоя

— Я! Я, конечно же, — запальчиво произношу, даже не задумываясь о том, какими сложностями это может обернуться. И что… после этого уехать из страны вряд ли выйдет, соседка уж точно не пойдет на такое. — Но как же быть с этой… Ларисой, — зло цежу я, ненавидя эту женщину всеми фибрами души. Хотя видела ее всего раз в жизни, перед отъездом, и чью внешность даже не помню. Сейчас мне дверь открывала точно не она, раз квартира продана."

"— Тут можно действовать двумя путями. И я предлагаю не выбирать какой-то из них, а пустить в разработку оба.

Слышу смешок и оборачиваюсь, Виолетта Михайловна широко улыбается, а глаза ее сияют азартом.

— Мне нравится как ты изъясняешься, сынок, продолжай.

— Во-первых, надо лишить опекунства Ларису. А после уже Таисия возьмет опеку над вами. Ну и конечно же нужно пройти медицинскую комиссию, и если заключения специалистов были поддельными, а я уверен, что все именно так и было, то подавать в суд на восстановлении дееспособности. И тогда никакие опекуны уже не понадобятся. Второй вариант, конечно более релевантный, но вдруг там что-то пойдет не так… — Дамир ненадолго замолкает и очень очень мягко говорит, — со стороны медиков, то у нас в запасе будет первый вариант, поэтому я и предлагаю запустить процессы одновременно.

— Прекрасно, — улыбается соседка, а потом хмурится, — но как же я с вами расплачусь? Раз у меня больше нет квартиры. Да и… ох, — она подносит ладони к лицу и прикрывает ими рот, а в глазах ее стоят слезы. — Куда же я тогда пойду, если моей квартиры больше нет. Мне же некуда. Да и не хочу я в другое место. Только там память о моем муже. Мы всю жизнь прожили там и …. ой, спасибо тебе, Таисия, за сострадание, за старание, за участие, но… не пойду я никуда, — вздергивает она ладонью. Я уже здесь обжилась и привыкла. А влачить жалкое существование…

— Ко мне! — перебиваю соседку, а затем вырываю руки из рук Дамира и иду к ней, крепко обнимаю, потому что смотреть на ее слезы нет никаких сил. — Если я стану вашим опекуном, то и жилье я вам буду обеспечивать, не переживайте. Пока поживете с нами в доме Дамира, я думаю он не будет против, поможете заодно мне с сыном. Мы как раз не можем найти няню, а потом если вам не понравится, поедете в квартиру где я жила с мамой. Она умерла, и квартира стоит пустая, так что…

— У тебя есть сынок? — глаза соседки вновь загораются надеждой и… словно желанием жить, слезы пересыхают, тогда как у меня на глазах напротив наворачиваются на всю.

— Да, у меня есть сын Даниэль, а Дамир его отец, — смущенно говорю я и начинаю долго долго рассказывать про сына. То и дело смахивая слезы с глаз.

Дамир меня не перебивает, не торопит и не мешает, он тоже слушает, так же внимательно как и Виолета Михайловна, а может даже еще и с большим любопытством и удовольствием.