Отражение

Я нашел ее на пляже в широкой шляпе и длинном белом сарафане, развевающемся на ветру. Энжи стояла у кромки воды и смотрела вдаль, волны ласкали ее ступни, и я завидовал им.

Она не обернулась на мой оклик, я списал это на ветер. Встав рядом, я взял ее за руку, чтобы повернуть к себе, но Энжи вырвала пальцы и пошла вдоль линии пляжа. Мне оставалось только догнать и выяснить в чем причина ее недовольства. Уж точно не в том, что я уснул вчера вечером, так как мы оба были не в силах продолжать любовные игры.

– Эй, что случилось? Почему ты убегаешь? – спросил я, схватив жену за локоть и с силой поворачивая к себе лицом.

Светлые глаза метали молнии. Она была в ярости. А я совсем растерялся.

– Я тебе не «эй». У меня имя есть, – огрызнулась Энжи. Злость не шла ее юному лицу, портила его идеальные, хоть и не броские пропорции, – Хотя с запоминанием имен у тебя всегда было туго.

– Что за ерунда, Энжи? Ничего не понимаю, – я смотрел на нее в полном замешательстве, – Если хочешь вести себя, как маленькая девочка, то, пожалуйста, бегай от меня, рычи и задирай свой маленький нос. А если хочешь по-взрослому, то просто скажи, что тебя тревожит.

В чем я опять провинился?

Энжи подняла голову, глядя мне в лицо. Она словно что-то пыталась понять для себя, сделать какой-то вывод из сказанных мной слов. А я ничего не понимал.

– Кто такая Эмили? – требовательно спросила Энжи.

Я не ожидал, имя ударило в самое сердце. Я не помогал Энжи, и только все портил своей реакцией, чувствуя, как кровь отливает от лица. Как она узнала? Откуда?

Подозрение в глазах Энжи росло, а я молчал. «Эмили», – прошептал я про себя. И былая боль вернулась, не менее сильная, чем в тот день, когда я ее потерял.

Мне хотелось развернуться и уйти, побыть одному. Она нашла меня даже здесь, на краю света. Мое больное отражение. Вечное напоминание о том, кем я не являюсь.

Я отвернулся от испытывающего взгляда своей жены.

– Макс! Кто она? – теперь уже Энжи схватила меня за рукав. Мне нужно вырваться, уйти прочь, пока я не наговорил лишнего. Я не хочу сейчас ни с кем разговаривать. Кого я пытаюсь обмануть? Наш брак – просто блажь, очередная попытка сбежать от реальности.

– Это неважно, – бросил я, освобождаясь, и снова разворачиваясь спиной к своей жене.

– Что, значит, неважно? – закричала она мне в след. Я знаю, что Энжи так просто не отстанет. Ей нужны ответы, а мне – уединение и покой."

"– Ты произносишь во сне чужое женское имя. И я должна молчать? И что мне ждать в следующий раз? Может, ты и в постель к нам положишь какую-нибудь Эмили?

– Не говори того, о чем потом пожалеешь. Нет никакой Эмили. Только в твоем воображении, – обернувшись, раздраженно бросил я. Энжи обхватила себя руками, ветер унес ее шляпу, растрепав волосы.