Пари на счастье

* * *Проснулась она от того, что солнце вздумала светить прямо на лицо, пробиваясь через плохо задвинутые шторы. Наталья едва сообразила, где находилась. Она немедленно села на постели и на мгновение замерла, давая себе возможность успокоиться. Она цела, она жива… всё в порядке! Вот оно — долгожданное утро! Ещё совсем чуть-чуть, и навсегда покинет этот дом. Может, даже завтракать не станет, нет, потерпит.

Девушка встала на небольшой прикроватный коврик, ощущая под босыми ногами мягкий ворс, и прошлась к окну. Наталья легко раздвинула шторы и глянула вниз. Победная улыбка медленно сходила с её лица. Она нервно сдула спутанную прядь с лица, и мрачно сощурилась.

— Какого чёрта?..

И дорога и двор были погребены под глубоким снегом. Солнце словно специально сияло во всё небо, но даже не пыталось растопить эти сахарные горы! Деревья, словно в детской сказке искрились и переливались. Ну чем не Рождественский постер?!

— Не желаю тут оставаться! — выкрикнула Наталья, стискивая тонкую ткань штор.

В следующий момент её глаза расширились от того, что встретились взглядом с хмурым хозяином дома. Мужчина поднял голову, опираясь на лопату, которой видимо, пытался расчистить дорожку. Сейчас же он в некотором замешательстве смотрел на гостью.

Наталья тряхнула головой, пытаясь видеть толком, привычно ощущая, как длинные волосы скользнули по голым плечам и спине. Стоп. Голым плечам. Голой спине… девушка моментом глянула на себя, и ахнула от ужаса. Михаил расслабленно опёрся на лопату и, склоняя голову набок, продолжил любоваться золотистым кружевным бельём, и тем, собственно, что под ним едва было скрыто.

— Чёрт!.. — девушка резко задёрнула шторы, затем со всей силы зажмурилась, и почувствовала, как жаркая, удушливая волна смущения накрыла до самой макушки, — какой кошмар… ужас какой…

Наталья заставила себя разжать онемевшие пальцы, выпуская смятую ткань штор, и кинулась к креслу. Продолжая ругать себя за непростительную рассеянность, она принялась поспешно одеваться. Руки отказывались попадать в рукава, и она едва не зарычала, пока смогла надеть тунику. Немного успокоилась только когда поняла, что теперь все вещи надёжно укрывали её бедное тело от посторонних взглядов.

— Мог бы, и отвернуться! — обиженно шмыгнула носом девушка.

Сначала Наталья решила, что никогда не покинет эту комнату, ибо встретиться с хозяином дома после случившегося было выше её сил. Затем пришлось признать, что иначе побег не удастся, поскольку нужно спуститься вниз и выйти во двор. Она несчастно застонала, но велела себе успокоиться. Никто ведь и не узнает, верно? Никому этот Громов не расскажет о небольшом «происшествии». Конечно, нет.