Пари на счастье

— Можно мне ещё раз позвонить? — Наталья грустно вздохнула.

— Можно, но не стоит, — хмурясь ответил хозяин дома, расчищая дорожку.

— Почему это не стоит? — от удивления девушка осмелела и подошла к нему ближе, пытаясь заглянуть в лицо.

В этот момент Михаил повернулся к гостье, вновь опираясь на черенок лопаты.

— Ваш друг знает номер телефона этого дома. Позвонит сам, — сухо пояснил мужчина.

— Он мог… — начала возмущаться Натали, но Михаил остановил девушку, ткнув пальцем в сторону входной двери.

— Вот именно, — не выдержал Громов, — он мог. Но телефон молчит.

— Как вы можете слышать его отсюда? Вы вообще не в доме, — принялась защищаться Наталья, подходя ещё ближе к хозяину дома, — может он уже звонил, и много раз, а вы…

Она не договорила, поскольку Михаил сердито покопался в кармане джинсов и достал свой мобильник. Он повернул его экраном к девушке, мрачно заявляя, что переадресация вызовов с домашнего телефона сделана ещё со вчерашнего дня.

— Складывается впечатление что Юра вам так неприятен, что вы бы с радостью закопали его этой самой лопатой!

— Я пока не увидел причин проникнуться к этому юноше симпатией, — хмыкнул Громов и прислонил лопату к высокой ограде, теперь отряхивая руки.

Наталья тихо вздохнула и решила оставить эту тему, не желая ссориться с тем, кто до сих пор любезно предоставлял ей крышу над головой. Она бы и сама настучала этой лопатой по голове Мареву, и чувствовала себя более чем униженной, в данной ситуации. Ну почему она свалилась под колёса именно машины Михаила Громова? Судьба — злодейка! Почему он не оказался какой-нибудь милой доброй старушкой?

— Много это времени займёт?

— Иногда людям необходима вся жизнь, чтоб повзрослеть и научиться быть ответственными, — хмыкнул Громов.

— Я говорю о дороге, — ахнула девушка, — вот уж!

Всё о Юрке продолжает говорить. И с чего так зол на Марева? Ему то что? Хотя, да… конечно, он вынужден терпеть в своём доме неизвестную девицу, которая никак не хотела исчезать. Вполне понятная причина. Натали схватилась за завязки на капюшоне и решила, что просто побудет «очаровательной» всё оставшееся время, пока за ней, наконец, не приедут.

Она продержится и постарается не беспокоить этого мужчину. И так придётся ещё долго испытывать неловкость, при одном воспоминании, когда вернётся домой. В подобные ужасные ситуации, она за всю свою жизнь не попадала.

Михаил с некоторым подозрением наблюдал, как менялось выражение её лица. Девушка тепло улыбнулась, тем самым вынуждая его попятиться назад, упираясь спиной в ограду. Что задумала?

— Вы всегда по утрам копаете?

— Копать — это вообще моё любимое занятие, — угрюмо отозвался Громов, — как проснусь, сразу за лопату и во двор.