Перекрестье. Исконный Шамбалы

— Ну, чего ты замолчал? — властно произнёс Кронос. — Продолжай! Я весь во внимании.

— Жду, пока ты успокоишься.

— Я?! Я спокоен, чёрт возьми! На «Олимпе» беспредел, а я спокоен…

И справившись с накатившей волной ярости, уже более мягко добавил:

— Ну ладно, проехали. Рассуждай дальше. Мне нравится, как ты это делаешь с таким… спокойствием.

Полковник выругался про себя, но вслух тем же ровным голосом произнёс:

— Время нападения, скорее всего, четыре-пять часов утра.

«Тоже время конторское», — подумал он про себя. И пока Кронос нёс очередную ахинею, Минос мысленно проанализировал, что скорее всего «Олимп» тщательно кто-то пас перед операцией.

И если это профи, то обнаружить его след вряд ли удастся. Впрочем, так же, как и след его транспорта. А то, как этот профи обошёл всех охранников, не уничтожив ни одного очевидца, поскольку таковых и не было, говорило само за себя. От таких выводов у Миноса засосало под ложечкой, как всегда в случае серьёзной опасности.

— Мать твою… ты мне не неси лабуду! Ты лучше скажи, кто заказчик! — орал в истерике Кронос.

— Заказчик? — всё в той же невозмутимой задумчивости произнёс Минос и почти автоматически ответил: — Заказчика легко вычислить, зная мотивы.

— Ты свой ментяровский базар оставь для своих корешей-мусоров! А мне конкретно скажи, КТО?!

Теперь и Минос не выдержал, подстёгивая свою злость больше неосознанной опасностью, чем издёвками Кроноса:

— Кто, говоришь?! Да кто угодно! Ты что, думаешь, что ты один тут пуп земли, нахлебник на коронованное место? Да Лорду по барабану, кто на этом троне сидит! Утратишь силу, и Лорд выкрутит тебя, как заржавелый болт, и другим заменит, не сильно утруждая себя оправданиями.

Вон каких-нибудь твоих конкурентов с умными башками поставит во главе «Олимпа», которые у тебя из-под носа важные документы выкрали, — и дело с концом! И все эти перья, от которых ты в панику впадаешь, — это всего лишь цветочки по сравнению с тем, что ждёт тебя впереди!

Кронос оторопел от такой короткой, но жёсткой, откровенной речи и даже внутри весь как-то съёжился. Никогда он не видел своего начальника охраны в подобном раздражительном состоянии, с горящими глазами. Он всегда его побаивался, а тут… Раз сам Минос говорит об опасности, значит дело обстоит похлеще, чем он думал.

Гнев Кроноса моментально исчез, уступив место страху. С этого момента «владыка» «Олимпа» стал серьёзным и озабоченным. Помолчав немного, он сказал:

— Хорошо… Извини, я не хотел тебя обидеть. У меня уже просто мозги кипят от этого беспредела… Давай подумаем: кто это мог сделать?

В кабинете Кроноса воцарилась тишина. Каждый размышлял о своём. Минос понимал, что то, что он только что в гневе сказал Кроносу, не совсем правда.