Пером и шпагой. Битва железных канцлеров

– Ея императорское величество, – хрипло сказал канцлер, – изволила жаловать вас на дорогу в триста червонцев…

Канцлер хмуро брякнул на стол кисет с деньгами, и нежная лапка кавалера бесшумно потянула к себе русское золото.

– Это от императрицы, – продолжал Бестужев. – А сейчас получите и от меня… Вы не имели чести знать маркиза Шетарди?

– Довольно наслышан о его неудачах в России.

– А где маркиз сейчас, известно ли вам?

– Он умирает в крепости Ганнау…

– Вот, – подхватил канцлер. – Умирает в крепости… А ведь был он человеком не без дарований.

Однако вздумал со мной тягаться и потому умирает в крепости, – с удовольствием повторил Бестужев, закончив грубо: – Вам же, сударь, не пристало со мной тягаться. Слишком молоды!

– Грех молодости со временем проходит и обращается в другой грех, который времени уже не дано исправить.

– Может, я и стар для вас, – чеканно отвечал Бестужев. – Но я согласен выплатить вам из своего кармана не триста, как императрица, а все три тысячи червонцев, только бы вы…

– Я понимаю! Но, – решил поторговаться де Еон, – дайте уж мне сразу тридцать тысяч, и моей ноги не будет в России!

– Россия только начинается Петербургом, а кончается… Ну-ка, вспомните, сударь, чему вас учили добрые патеры?

– Россия кончается Сибирью, – захохотал де Еон.

– Бездарно вас учили! – грянул Бестужев. – Сибирь только пупок России, а понюхать, чем пахнег русская пятка, вы можете лишь на Камчатке… Так что, – закончил он тише, – маркизу Шетарди еще здорово повезло на крепости Ганнау! Прощайте, шевалье; надеюсь, больше вас никогда здесь не видеть!

И маленький де Еон, отягощенный золотом, рванулся в путь.

Карета его была английской, в которой удобно лежать, и, таким образом, для ночлегов он нигде ие задерживался – только менял лошадей. Ехал он налегке, без багажа: пять копченых языков, каравай хлеба и бочонок с вином… Этого вполне хватит!

* * *Почти одновременно с де Еоном тронулся в путь и другой «путешественник», тоже любивший спешить и путать чужие карты, – король Пруссии начал свое победное наступление на Австрию, его конные партизаны дошли до Регенсбурга, сея по землям Баварии смерть и ужас.

Зима не прошла даром: Фридрих имел под ружьем армию в 200 000 человек, прекрасно обмундированных и хорошо обученных… Запасов у короля было на год!

Прусская армия вошла в Богемию четырьмя колоннами, сметая все на своем пути; австрийцы бежали, бросая магазины, полные добра, оставляя толпы дезертиров и беженцев. Пруссаки сбрасывали телеги со скарбом на обочины, освобождая шоссе для своих непобедимых легионов.