Первый парень на «горшке»

Можно было бы предположить, что девушка любит нежиться на пляже под солнцем, обмазавшись кремами, если бы я сам не видел, с какой самоотдачей она работает в огороде, на сенокосе или даже на простой игре в волейбол. Даже удивительно, как она до сих пор не сгорела и не обуглилась под местным палящим солнцем."

"Снова поднял взгляд на небо, чтобы понять, откуда это беспощадное светило выкатиться завтра. Мне нужно знать, в какую сторону смотреть завтра с ненавистью, когда Николаевич и его дочка снова придумают мне «веселые» сельхозработы, которые у них начинаются раньше, чем просыпаются петухи в их же деревне.

Цепляющие взор звёзды стремительно уступили место необъяснимому явлению: вдалеке, там, где черное небо сливалось с ещё более черной землей, яркой вспышкой озарялся горизонт. Неравными интервалами край неба окрашивался ярким белым светом.

– Что это? – спросил я шёпотом.

Шептать в моих планах не было, просто необъяснимость явления, когда кажется, будто солнце среди ночи пытается вырваться из лап тьмы, нагоняло ужаса и заставляла говорить тише.

– Где? – остановилась Августина, наконец, заметив, что я значительно от неё отстал.

– Там, – указал я рукой и едва не подпрыгнул, когда край неба вновь вспыхнул. – Вот! Сейчас! Что это? Только не говори, что мы дошли до края планеты, и сейчас я вижу место, в которой закатывается на ночь солнце.

– Тебе бы сказки писать, – усмехнулась Августина и подошла ближе. – А это всего лишь зарница. Разве ты в городе ни разу такое не видел? Или где-нибудь в теплых странах, в которых наверняка бывал?

– Если бы видел, то не спрашивал бы, – опустил я руку, чтобы больше не тыкать в небо как дебил. – И что это такое – зарница ваша? – спросил я нарочито равнодушно.

 – Какое-то поклонение языческим богам? Там за горизонтом жгут или, судя по вспышкам, взрывают чьё-нибудь чучело, как на масленице?

– Тебе точно нужно сказки писать, Рамиль. Отлично получается, – рассмеялась Августина. – Зарница – это такая гроза, но очень далеко. Мы не слышим ни раскатов грома, ни треска молнии в момент, когда она режет небо, но зато мы видим отражение ярких вспышек в облаках.

– То есть, где-то там сейчас льёт лютый ливень, а мы можем видеть его световое сопровождение?

– Типа того, – повела девушка плечиками.

 – Хотя, не факт. Пойдём, – неожиданно она схватила меня за руку и сплела мой мизинец и безымянный пальцы со своими.

– Куда ты меня ведёшь? – почти покорно последовал за ней туда, где казалось ещё темнее.

– Будем нюхать дождь, если он там есть, а если нет, то тогда будем знать, что гроза, там, где вспышки, сухая.

– Нюхать дождь? – полезли мои брови на лоб. – У тебя сегодня косынка с головы на солнцепёке сползла?

– Ха-ха! – передразнила меня Августина.