Кровь на клинке
Очнувшись после ранения, Руслан понимает, что его в этом мире приняли за своего, и теперь всё зависит только от него самого. Теперь необходимо, чтобы все вокруг перестали удивляться его необычности и считали, что он хоть и со странностями, но в доску свой. А значит, все его дела идут на пользу империи. А для начала нужно просто вернуть себе былую форму. Но даже ранение не может заставить его бросить начатое дело. Ведь главное для парня – закончить междоусобицу, из-за которой на Кавказе долгие годы льётся кровь.
– Что тут происходит? А ну расступись! – послышался громкий голос, и на площадь выкатился видавший виды фаэтон.
Поскрипывая ступицами, транспорт подкатил к остановившемуся каравану, и вставший в фаэтоне в полный рост полицейский подполковник громко спросил, оглядывая иронично наблюдавших за ним казаков:
– Кто такие? Откуда? Кто старший?
– Я старший, – спокойно отозвался Руслан, даже не пытаясь подъехать к нему.
– С кем имею честь, сударь? – насупившись, зло спросил подполковник, рассмотрев погоны на черкеске."
"– Князь Ростовцев, штабс-капитан армейской контрразведки. Ищу штаб местного гарнизона. Извольте указать, где я могу его найти.
– И откуда вы приехали? – последовал новый вопрос.
– Об этом вам сообщат, если сочтут нужным, – отрезал Руслан. – Где штаб? – снова спросил он, добавив в голос металла.
– Контрразведка? – удивленно переспросил подполковник. – Погодите, а это не вас случайно в Пятигорске Лютым прозвали? По описанию подходит. Высок, статей богатырских, лицо в шрамах.
– Он самый, – чуть усмехнувшись, кивнул Шатун.
– Понятно, – удрученно вздохнув, кивнул подполковник. – Вон то здание, – ткнул он пальцем. – И отпустите, наконец, моего человека.
– Так его никто и не держит, – удивился Руслан и, повернувшись, добавил, едва сдерживая смех: – Рома, убери ствол. Он же замер, словно замерз.
Городовой, увидев направленное на него оружие, понял команду казака буквально и застыл, кажется, даже забыв, как дышать. Роман же, отвлекшись на подъехавшего подполковника, револьвера не отвел. В итоге посреди площади выросла скульптурная группа «Вежливая беседа». Хмыкнув, казак вскинул револьвер и, придержав пальцем, спустил курок, после чего ловко сунул оружие в кобуру.
– Благодарствую, любезный. Простите, что побеспокоили, – кивнул городовому Шатун и толкнул Беса каблуками, направляя к нужному зданию.
Караван двинулся следом. Перегнав дроги к самому крыльцу, казаки принялись не спеша осматривать коней, а Руслан, спрыгнув на землю, перебросил поводья жеребца денщику. Охлопав себя ладонями, чтобы хоть как-то сбить дорожную пыль, парень вошел в указанное здание и, приметив дежурного солдата, направился прямо к нему. Выяснив, где находится местный отдел контрразведки, Шатун поднялся на второй этаж и, подойдя к нужной двери, решительно толкнул створку.
Сидевший за столом молодой прапорщик со щегольскими усиками, увидев его, сначала широко распахнул черные и без того большие глаза, а после и рот разинул. Глядя на него сверху вниз, Руслан медленно протянул руку и пальцем вернул прапорщику челюсть на место. Потом, выложив на стол полученные от Тарханова бумаги, попросил:
– Доложите начальству, что прибыл штабскапитан князь Ростовцев для оказания помощи в борьбе с османскими бандами.

















