По любви
– В смысле – аннулируют вид на жительство? Вам? – открыв рот, гляжу на шефа. – И что же мы будем делать?– Юрист предлагает мне заключить фиктивный брак.– Способ - верняк. Что, вы не найдёте девушки, которой могли бы довериться в этом деликатном вопросе? - поддакивает тот самый юрист.– Да я уже вообще никому не верю! Если только тебе. И еще, вон, Нине Васильевне.Я машинально киваю. Доверие я заслужила, кто ж спорит? Десять лет прошли как один день, я еще у истоков фирмы стояла. Теперь вот главбух. Так, стоп. Он же не намекает, что я… Да нет! С опаской отрываю взгляд от блокнота и медленно веду по лицам уставившихся на меня мужиков.– Ч-что?– Вы же не замужем, Нина Васильевна?Книга о том, как старая дева заключила «фиктивный» брак.
Он сладко стонет.
– Мышцы забились.
– Я чувствую.
– Извини за то, что на тебя нарычал.
– Все сложнее, чем ты предполагал, правда?
– С одной стороны. А с другой – с тобой все так просто, Нин. Мне кажется, я знаю тебя всю жизнь.
– В какой-то мере так и есть. – Ежусь. В одном халате вот так долго не просидишь. Ставрос спохватывается:
– Совсем я поплыл. Ты уже околела. Давай сюда, – отодвигается к противоположному бортику. А я медлю, неуверенно глядя на дом.
– Здесь слепая зона. Специально так сделано, – успокаивает меня муж. – Или ты боишься? Я не сделаю ничего, чего бы тебе не захотелось.
– Я не боюсь.
Ага. Как же. Неуверенно развязываю поясок и стаскиваю халат. Я все еще та Нина, которой я себя знаю. Предстать перед ним вот так непросто. Я отвожу взгляд.
– Боже, какая же ты... Иди скорее ко мне.
ГЛАВА 14
Ставрос
– Какая?
Трясу головой, не сразу врубаясь, о чем она. Во рту сохнет."
"– Охуенная.
Нина опускает взгляд. Можно подумать, из опасения поскользнуться на скользких ступенях, но я-то знаю – она просто стесняется расхаживать передо мной вот так. И это каждый раз насквозь меня пробивает.
Тянусь к ней, обхватываю попку. Касаюсь губами живота. Глупо отрицать, баб у меня было действительно много, много экспериментов. Но как-то не совпадало, что ли? Если женщина меня устраивала в сексе, значит, вне постели мне не о чем было с ней говорить. А если было интересно разговоры разговаривать, то в кровать можно было и не соваться. Это уже проверено. В первом случае женщины были до того раскованы, что когда все заканчивалось, оставалось легкое чувство гадливости, во втором – вселенского разочарования.
С Ниной все по-другому. Мы с ней по всем параметрам совпадаем. И в постели тоже, что особенно удивительно, потому что наш опыт даже близко несоизмерим.
Покрываю мелкими поцелуями кожу. А по ней мурашки. Приятно? Да. Но и замерзла ведь! Тащу за руку в воду. Усаживаю к себе спиной. Нина тихонько вздыхает, ощущая мой впечатляющий стояк. Ерзает.
– Не провоцируй, – смеюсь ей в волосы. – И так ведь выхватишь сейчас.
– Если ты хотел меня испугать, ничего не вышло, – заявляет самоуверенно.
– Да нет же. Я просто хочу растянуть.
– Меня?
Смеюсь чуть громче. Обеспокоенность в ее голосе списывает на нет попытки дерзить.
– Тебя. Удовольствие. Этот вечер.
Наш год. Но этого я вслух не произношу. В этом месте лед слишком тонкий. Я и сам в себе не разобрался. Сделаю неверный шаг, и уйду с головой под воду, прихватив с собой Лунопопую. Зачем ей мои проблемы? Вика, вон, мозг выносит. Теща. Да и в бизнесе не все гладко. Еще не могу сообразить, что. Просто чувствую, как какое-то дерьмо назревает. И ладно если самого накроет, хотя и в этом хорошего мало. Но я не имею права рисковать ею.














