Малыш Гури

Вздохнул, прикрыл глаза, — не вспоминать!

Посидели, помолчали. Я не узнавал Хэрна, обычно строчит как пулемёт обо всём на свете, а тут ""блэдная овэчка"" прям. Надоело уже это безмолвие, как я уже привык-то к постоянному разговорному фону.

— А сейчас что случилось?

Он ухмыльнулся, хороший знак, потом улыбнулся, представляете его улыбку с такой-то физиономией, но я уже привык.

— Войска помнишь, возвращались?, — спросил Хэрн.

— Возвращались? Да они бежали и было их ну очень мало, — засмеялся я.

— Вот и я о том же. Но подумай о другом, что заставило их оставить больше половины войска и мчаться оттуда с распахнутыми от страха глазами.

И заметь, небольшие группы воинов продолжают возвращаться до сих пор.

— А что там думать, дал им новый герцог по зубам притом очень хорошо дал. А как дал? Мыслю, без магов не обошлось, притом без тёмных магов и ты думаешь, что скоро тут будут гости. Я прав?

— Я то же думаю, что герцог нас посетит, а вот на счёт жены его не уверен, — я ему как-то рассказывал о подарке герцогини от которого он меня откачивал, — но, то, что скоро здесь будет суета и толчея, — уверен. Но и не это меня волнует, если перекроют дороги, то и караванов не будет, а без них нам зимой выжить будет нелегко.

"

"— И что ты предлагаешь? Выйти в свет? А куда направим копыта наших коней?

— Ну-у! Коней у нас пока нет и кое кто не умеет на них ездить. А куда идти я не знаю, а то бы ещё месяц назад ушли. Но и это волнует меня в меньшей степени.

— А что же тогда?

— Ошейник очередного рабства, которые нам могут навесить, только мы предстанем пред честным народом. А мне очень этого хотелось бы избежать.

— Знаешь? Давай подумаем об этом после, а теперь займёмся, чем планировали, дел много, а занятий ещё больше.

Всё это время изъяснялись на общем. Хэрн почти перестал откликаться на мысленную речь, тренируя меня языкам.

Его слова о рабстве легли на подготовленную почву, я сам часто задумывался после рассказов Хэрна о системе рабства и о магической составляющей этой дикости в этом мире. Шансов, отвертеться от таких подарков, ни у кого нет, если пленника не выкупают, — он становится рабом. Жестокий мир, жестокое время, жестокие нравы. А у нас, выйди мы отсюда, без поддержки, очень велик шанс, оказаться с шейными украшениями, а возможность прожить оставшуюся жизнь овощем меня категорически не устраивает.

Поэтому эту возможность нужно по возможности свести к нулю. И я вижу два варианта как это сделать. Первый и основной это заиметь защитника пока не вырасту. Подумывал о герцоге, но не вариант. У любых руководителей целесообразность на первом месте, будет выгодно, продаст за милую душу. Нужен такой чтобы был обязан мне лично, а ещё лучше стать ему другом или братом. Такой человек точно, не предаст и в беде не бросит.