Малыш Гури

Рядом ехавший молодой гвардеец, действительный мастер меча командир полусотни граф Орент, высокий воин с широкими плечами, с открытым честным лицом, правильным аристократическим носом и полными немного детскими губами, стесняющийся своей внешности, но при этом, остающимся сильным воином, негромко ответил:

— Да! И нам предстоит решить трудную задачу. Третья тысяча гвардии опозорилась. Они отступили с поля боя даже не обнажив мечи. Все прикрываются приказом принца и как говорят очевидцы, именно они могли бы выровнять ход сражения, пусть даже мы и отступили, но без таких катастрофических потерь.

И теперь все в империи показывают на нас пальцем. Нам кровь из носа нужен мир с герцогом. Мы должны убедить его возродить прежние отношения между нами. Принц сильно подгадил и отцу и всей стране. У меня не пропадает ощущение, что его кто-то использовал, ведь основным сторонником войны с герцогом был именно он.

— Ты Грел, говоришь опасные слова и нас слышавших их так же как и тебя посадят на кол, — сказал ехавший сзади тонкий как девушка молодой человек. Красивый, стройный с густыми чёрными волосами, что любовно уложены в замысловатую причёску, губы тонкие, порочные и только глаза выделяются из облика застенчивого юноши, холодные глаза убийцы.

— Посадят, если кто-нибудь из вас донесёт, — зло ответил командир этого небольшого отряда.

Сержант Уцмэрх не принимал участие в разговоре офицеров, но полностью разделял мнение командира и по выводам по части ведения войны принцем, так и в возможном наличии стукача в отряде, причём яснее ясного, что им является лейтенант второй сотни, сын герцога Дерлеса, граф Луанье, дебошир и очень опасный фехтовальщик, дуэлянт, пьяница и бабник.

Сам сержант происходил хоть и из древней, но бедной дворянской семьи, до приставки лэр ещё не дослужился, но очень на неё рассчитывающий. Именно он первым рассмотрел на месте стоянки, что раскинулась на поляне возле брода людей.

— Командир. Посторонние!

Резко смолкли голоса, разговор, переходящий в спор прервался."

"На полянке, практически возле самой воды, около небольшого костра, закрытого от дороги кучей баулов, сидели трое. Один могучий наёмник в кожаном доспехе, он большой ложкой мешал варево в котелке, рядом с ним лицом к дороге стоял невысокий разумный и очень похоже, это канн.

А вот это уже интересно, канн в одной компании с наёмником и если он не раб, то сразу возникают масса сопутствующих вопросов. Но самое невероятное, на баулах рядом с ними сидел ребёнок. Судя по всему мальчик лет восьми-десяти не достигший ещё и первого взросления и находился он не за крепкими дверями дома, а в лесу, возле одного из самых опасных мест в исследованном мире и, судя по всему чувствовал себя он тут, не плохо.