Малыш Гури

— Мне было всего тринадцать…, первый бал…, родители меня одного отправили развеяться и тогда я впервые выпил… вернее, я только сейчас начинаю понимать, меня специально напоили. И Анни…, она так в тот вечер ко мне липла. Была словно привязана. Мы с ней даже целовались, а потом провал в памяти только отрывками…, — император замолчал. Тяжело вздохнул и …, — я никому никогда не говорил…, — и снова стыдливая пауза, — в общем, мы были с ней близки и такое ощущение, что её целенаправленно под меня подложили, но для чего? А потом она пропала и только уже, после моей помолвки с Луизой я узнал, что она вышла за сына тогдашнего верховного…

— Ты думаешь?, — Маркиз даже боялся озвучить свои выводы.

Но одно он начал понимать…, почему вчера император признал Дану!

— Не знаю, но хочу знать…, поэтому тебе два дня. Два! Если мои опасения и предположения подтвердятся то это… заговор…, а в свете результатов вчерашнего поединка, опасность раскола империи возрастает многократно…

* * *

— … поверь, Жак мне теперь будет сложно убедить императора признать ваше подразделение гвардией. Понимаю…, ваше решение выступить на стороне местного герцога можно оправдать, но вот идея удельного графства…, — герцог Ивалье с укором смотрел на навытяжку стоящего перед ним виконта, — император не позволит.

А это война, а это толпы сильных мира сего, желающих прибрать ничейную землю. Ничейную, я говорю так потому что, признавая ваше графство, герцог Вилье подписывается в своей не состоятельности. И теперь любой, я повторяю любой, кто имеет под рукой свободную армию и желание может и сам претендовать на эти земли. Император ваш орден и право его на графство никогда не поддержит. Подумайте, пока официальный запрос не подан вами императору. Я не говорю о том, что скажет твой отец, хотя как раз он-то и не откажется половить рыбку в этой мутной водице…, подумайте…

Посыльный тогда на окончании заседания совета когда происходили переговоры с местным герцогом, сообщил именно о прибытии отряда герцога Ивалье…, малыша герцог не нашёл и куда тот делся никто не знал.

Сегодня в сто лицу империи убывал Ивалье а с и ним и герцог Вилье и несколько представителей ордена во главе со своим магистром…

— … я призываю вас к спокойствию Ивалье.

Криз ты не можешь выступить в защиту герцогини. Это условия поединка и выбирать из противников себе оппонента герцог будет сам.

— Сам? Брат ты, что такое говоришь!

— О-о! Я смотрю, Ивалье снова подвергает слова императора сомнению. Похвально! Ваша манера вести светские беседы, герцог, изменениям не подверглась!, — верховный ехидненько ухмыльнулся, — Как вы были солдафоном, так им и остались!

— Да я тебя…

Провокация, предпринятая магом, удалась на все сто.