Малыш Гури

Человеческий облик Ивалье потерялся в размывчатой пелене, но перейти с боевое состояние герцог не смог, ограничение дворца действовали даже на него. Ярость плескалась в герцоге, переполняя его тело и казалось, что ещё немного и его разорвёт от испытываемо ненависти. А ещё и мысль о любимой мешала герцогу думать спокойно и взвешенно…

Едва делегация во главе с Ивалье появилась в тронном зале, как напряжённая атмосфера в помещении в разы увеличила свой градус.

Как понял Ивалье, что происходит, непонятно, может, кто по дороге его просветил, но вот его реакция была мгновенной… .

— Поединок между тобой и верховным невозможен, — голос императора разнёсся по всему переполненному залу."

"Зрители ненасытно впитывали происходящее на их глазах действо. В семье императора раскол и теперь всей империи это наглядно видно, а какие последствия из всего виденного могут быть, об этом было страшно подумать…

— Я объявил о назначении защитника герцогине. Наш брат не возражает, но увы из других присутствующих выступать на стороне Лауры желающих не оказалось, может кто из твоих людей вступиться за честь женщины…, но предупреждаю…, — император сделал неловкую паузу.

— Что ещё— Нетерпеливо произнёс Ивалье.

— Это поединок чистоты крови… и ты в нём участвовать никак не можешь…

Герцог в изумлении уставился на императора.

Да, ситуация! Ведь по сути это смертный приговор противнику, вышедшему на поединок против верховного.

Гробовая тишина в зале. Умирать не хочется никому. Гнетущее состояние у всех собравшихся в зале кроме, пожалуй, верховного и его прихлебателей которых впрочем, тоже не мало.

Но тишина полная, похоже, все собравшие даже дышат через раз.

И вдруг…

— Хе-хе-хе! Жак ты видел эти панталоны! Ха-ха, ну и мода в сто лице! Не ожидал!

Слова произнесены шёпотом, но в такой тишине они раздались словно удары колокола на колокольне в ночную тишь.

Все обратили внимание на отчуждённо стоящую группу людей, вошедшую в зал вместе с людьми герцога Ивалье. Виконт Маринэ, которого многое знали лично, был в составе этой группы и теперь что-то очень тихо выговаривал на ухо огромному громиле в прекрасном золотом доспехе…

— Граф! И с каких это пор вы стали человеком Ивалье, — неожиданно раздался удивлённый голос верховного, — Ваши предки всегда были на стороне нашего клана.

Вот уж не ожидал!, — герцог Зерс разглядел среди сопровождающих людей Маринэ одного из бывших своих последователей и сторонников, — неужели герцог вам заплатил!

Очень грязное обвинение…, заплатить за преданность, одно это предположение повод для дуэли…

Расчёт оказался верен, рыцарь вспыхнул как солома в дикую сушь.