По следу Черта

И знал, что отсутствие отпечатков может быть вызвано ухищрениями маньяка: в розыскной практике известны случаи, когда преступник обжигал кончики пальцев кислотой или даже пересаживал на них кожу… Один насильник вставлял в рот искусственную челюсть с устрашающими клыками, другой изготовил перчатку с ножевыми лезвиями, как у Фредди Крюгера. Когда преступление раскрывается, и все остальные странности получают объяснение.

Павел Сергеевич полистал папку с материалами о знаменитых «серийщиках». «Вампир из Дюссельдорфа» оказался сорокасемилетним Питером Кертеном, который в девятилетием возрасте отрубал головы лебедям и пил их кровь, утопил двух своих товарищей и всю последующую жизнь совершал сексуальные убийства девочек и взрослых женщин, причем пил их кровь.

Признался в 68 убийствах, осужден за девять, был приговорен к отсечению головы. На пути к гильотине спросил: «Скажите, после того как голова будет отрублена, я смогу услышать, хоть на мгновенье, звук крови, льющейся из моей шеи? Было бы удовольствием закончить так все удовольствия…» Животное! Но у него и отец был животным: настрогал 13 детей, избивал всю семью, насиловал дочерей… «Джек-Потрошитель», от четырех до девяти жертв, все проститутки. Своеобразный «почерк»: у всех перерезано горло, отрезано ухо, распорот живот, иногда унесены внутренние органы… «Потрошитель» так и остался неизвестным — преступления не раскрыли, хотя он сам писал письма в полицию… «Витебский душитель» — Михасевич, тоже писал письма в милицию, чтобы отвести от себя подозрения, по его делу расстрелян непричастный к преступлениям человек, второй был необоснованно арестован и повесился. В конце концов и самого Михасевича расстреляли… Слинько, Чикатило, Пичужкин… Когда наступила пора гуманности, расстреливать перестали, так что Черту грозит, самое большее, пожизненное заключение…

Заперев папку в сейф, Дятлов поехал на очередную встречу с агентом. Но в мутном потоке оперативной информации не попадались золотые крупицы истины…

Тем временем желтые газеты взахлеб писали про неуловимого маньяка.

«Невидимка на тропе войны»… «„Ночной ястреб“ ищет жертву»… «Когда ястреб ударит снова?», «Число убитых замалчивается!»

Дятлов был вне себя.

В статьях не было ни слова правды. Материалы журналисты высасывали из пальца или из какого-то другого органа. Но хуже всего то, что в погоне за сенсацией они, по существу, давали рецепты совершения преступлений и провоцировали психически неустойчивый сброд на подражание главному герою.

В конце недели по телевидению показали модное ток-шоу, посвященное таинственным убийствам.