Подарок

— Почему же нельзя радоваться и тому и другому вдвоем? — удивилась она.

Кристофер мгновенно сел, глядя на нее сверху вниз.

— Надеюсь, ты не собираешься насильно менять заведенные мной многолетние обычаи? И с чего вдруг ты упорно называешь меня Кристофом? Разве вчера я не объяснил, что мое имя Кристофер?

— Объяснил. И упомянул, что для друзей ты Кит. Но Кристоф мне нравится куда больше. Звучит куда лиричнее, и так нежно! Подумай, только я одна буду так тебя звать!

— Неужели?

Анастасия хихикнула и, отодвинувшись подальше, потянулась за одеждой.

— Похоже, нам следует немедленно подкрепиться. Люди с пустым желудком становятся мрачными и ворчливыми, а такого возлюбленного мне не нужно.

Кристофер недоуменно моргнул, но тут же расплылся в улыбке. Она, конечно, права! Что такого, если она изобрела для него ласкательное имя? И кроме того, когда она разгуливает по комнате в таком виде, он просто не в силах найти повода для жалоб.

Немного подумав, Кристофер последовал примеру любовницы и тоже стал одеваться. Натянув рубашку, он обнаружил что она успела облачиться в свой ослепительно-золотой костюм, в котором танцевала прошлой ночью. Представив, сколько ненужного внимания она привлечет, Кристофер недовольно нахмурился.

— Тебе больше нечего надеть? — осведомился он.

— Но вчера ты просто не дал мне возможности собрать вещи, Кристоф. Все, что я взяла с собой, — маленькая торба, которую бабушка успела мне кинуть, прежде чем ты послал жеребца в галоп и умчался прочь.

Кристофер сморщился при мысли о своем неджентльменском поведении вчера вечером.

— Сегодня же отвезу тебя за вещами, и… и возможно, заедем в город, купить тебе что-нибудь… что-нибудь, более приличное.

Анастасия изумленно подняла глаза и отшатнулась.

— По-твоему, я неприлично одета?!

— Да нет… я не то хотел сказать, — промямлил он, но тут же поспешно добавил:

— Просто твои платья… то есть…

Он никак не мог подобрать подходящего определения и при этом не оскорбить ее. Но Анастасия докончила за него, и, к величайшему сожалению Кристофера, невооруженным глазом было видно, как она обижена.

— Вульгарны, наверное? Дешевые? Годные только для цыганской бродяжки?

— Не стоит так нервничать, Анастасия. Нет никаких причин дуться. Твоя одежда идеально подходила для прошлой жизни, которую ты вела, разъезжая по дорогам. Но отныне у тебя иная судьба, и одеваться ты должна соответственно своему положению, вот и все.

Однако Анастасия, ничуть не умиротворенная, продолжала хмуриться.

— Тебя ждут неприятности, Кристоф? Людям не понравится, что ты связался с такой, как я?

— Как ты?

— С цыганкой.

— Наполовину цыганкой, если тебе верить. Но девушка нетерпеливо отмахнулась.

— Меня взрастили не русские, а цыгане.