Пограничная река

Рыбаки и охотники из большого посёлка вовсю промышляли на левом берегу Фреоны, и плаванье «Арго» не прошло для них незамеченным.

— Было дело, — согласился Добрыня, — только вам туда не добраться. Наши даже на корабле без приключений не обошлись, а про плаванье на лодках даже не думай, вырежут твоих ребятишек, как кроликов.

— А смолы сколько хочешь?

— Баш на баш.

— Да ты что! Где я столько наберу, у меня всё на строительство идёт!"

"— Не знаю, твои проблемы, вон сколько пней оставили, корчуй и выжигай. Половину соли могу подбросить сразу, остальную потом, после расплаты.

Только зря мы этот разговор затеяли.

— Почему?

— Да я как вспомню, что бедный Федя разлучён со своей племянницей, так сердце кровью обливается, ни о чём не могу думать, даже о соли.

Досадно сплюнув, Кругов, скрипя зубами, заявил:

— Да подавись ты своим Федей! Забирай его на хрен! Чтоб он у тебя окочурился от цирроза печени! Задолбал уже, у него по всей мастерской бражка ягодная бурлит, пьянь ходячая!

— Ну вот, так бы и сразу!

— Можешь ещё Лома забрать. Этот торчок со своей шайкой обнаружил недавно заросли конопли, у них теперь сплошной карнавал, вчера так обкурились, что, не найдя ночью ничего съестного, озёрных жаб на берегу пекли.

Можешь всех их себе забрать, — щедро заявил мэр.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил Добрыня, — но лучше не надо. Нельзя лишать посёлок лучших людей.

Он был доволен. Фёдор Иванович, несмотря на все свои недостатки, действительно был отличным мастером. На острове таких очень не хватало. А соль поможет большому посёлку перезимовать. Добрыня не хотел, чтобы здесь начался голод, более того, он оставил запас и для других лагерей. Хоть они и не могут жить вместе, забывать друг о друге не следует.

Сегодня повезло островитянам, надо не жадничать, делиться удачей с окружающими. Земля ведь круглая, добро всегда возвращается.

А кроме того, смола им не помешает.

«Арго» стоял в воде очень низко, настолько загруженным Олег его ещё не видел. Большая часть соли лежала в трюмах, хорошо упакованная в небольшие корзины. Здесь же было около тонны грубых железных чушек, килограмм триста проваренной стали и немного меди. Хватало съестных припасов, ведь неизвестно, сколько продлится плавание; прихватили два запасных якоря, запас каменных ядер для баллисты.

Если ещё учесть вес экипажа, то настолько заваленным их корабль ещё не был.

— Всё готово? — спросил Добрыня, подойдя к Олегу.

— Вроде да, — кивнул он.

— Отплываете как в прошлый раз, на рассвете?

— Да.

Бросив взгляд на реку, Добрыня вздохнул:

— Тяжело у меня на душе, будто навеки с вами расстаюсь.

— Да ты что? — опешил Олег.

— Ничего. В полную неизвестность идёте, ведь Млиш в тех краях не бывал.

— Почему? Кое-что мы о них знаем.

— Это мелочи.