Пограничник. Том 10: Тень \

Муха бросил ему что-то на дари. Тот кивнул и засеменил своей мелкой, не очень свойственной длинноногому человеку походкой на кухню.

Когда после прихода Бледнова я очень кратко и тихо рассказал о том, в какой ситуации оказался лейтенант, командир нахмурился. Когда поведал об Анахите и её вынужденной работе с врагом — пришёл в бешенство.

Нет, Муха не стал обличать окончательно поникшего Бледнова. Но взгляд и тон, которыми старлей принялся одаривать замполита, стали жёсткими и сухими. Недоброжелательными.

Волков же отреагировал ровно так, как от него можно было ожидать: он удивился и растерялся. Стал задавать Мухе и мне странные, смущённые вопросы. Делал это не к месту и невпопад, явно стесняясь лейтенанта Бледнова. Снова проявляя своё чинопочитание, Волков совершенно не понимал, как относиться к замполиту в подобной ситуации. С одной стороны, он пытался сгладить углы, а с другой — делать это так, чтобы Муха не подумал, будто замкомвзвода проявляет к Бледнову откровенное сочувствие.

Некоторое время мы молчали. Ждали, когда худой, как палка, хозяин принесёт нам чай и лепёшки с маслом.

Когда он принес заказ и ушел, Муха покосился на стариков и тихо начал:

— Значит, товарищ лейтенант, это по вашей вине мы попали в засаду в кяризах, так?

— Товарищ старший лейтенант, — начал я. — Мы здесь не для того, чтобы искать правых и виноватых. Сейчас у нас другая задача.

Бледнов, не зная, что ему отвечать Мухе, спрятал взгляд. Уставился в свою пиалу с чаем.

Волков молчал, будто бы побаиваясь смотреть на Бледнова.

— Ты защищаешь этого человека? — сказал Муха мрачно. — Защищаешь того, кто по своей преступной халатности сливал врагу важные сведения?

Муха говорил тихо, вполголоса, но его тон был прямо-таки наполнен нескрываемым отвращением и злостью к Бледнову. И замполит чувствовал настроение старлея не хуже меня.

Я подался к Мухе.

— Держите себя в руках. Всё, что мы можем сейчас, — воспользоваться ситуацией. Этого я и хочу. Или вы действительно собираетесь уйти из Айваджа ни с чем?

— Мы уже всё провалили, Селихов… Уже всё пошло не по плану. Причём с самого начала. И во многом, — Муха кивнул на Бледнова, — во многом по его вине. Я…

— Вы меня сдадите? — тихо перебил Бледнов Муху.

От слов лейтенанта Волков поперхнулся чаем, раскашлялся, пытаясь найти, куда поставить пиалу.

Я молча постучал ему по спине, и тот, отрицательно замотав головой, согнулся, прикрывая рот.

— О-о-о-ой… — прохрипел Волков, прокашлявшись.

Муха с Бледновым в это время неотрывно смотрели друг другу в глаза.

— Конечно, сдадите… — опустил взгляд Бледнов. — Вы должны доложить.

— Никто не будет докладывать о вас, — сказал я. — Пока у нас есть шанс воспользоваться положением, мы должны им воспользоваться.