Похмелье

Перевела взгляд на полностью закрывшегося Олега. Он сложил руки на груди и флегматично наблюдал за разворачивающимися событиями.

- Это мой друг, - объяснила девушка матери, не зная, что ещё тут можно сказать.

- Друг?! Ты кого в этом пытаешься убедить?! Себя? Меня?

Юлька молчала и на мать не смотрела. Случись такое ещё вчера, силы бы на это у неё нашлись. Ведь довольно просто - смотреть в глаза, когда говоришь правду. Вот только с тех пор многое изменилось. И теперь Юля даже сама не понимала, кто ей Олег. Они переспали… Для любой другой пары этот момент стал бы переломным, но в их реальности все было совсем по-другому.

Всё только ещё сильнее запуталось, истина терялась в замысловатых лабиринтах судьбы.

- Вы так и будете стоять в пороге? - вместо оправданий поинтересовалась девушка.

- Да нет, мы, наверное, пойдём. Правда, Нин? Не вовремя мы чего-то… - Попытался сгладить ситуацию дядя Лёша, но его тут же перебили:

- Ещё чего! Никуда мы не пойдём! Я не оставлю своего ребёнка в лапах этого… с позволения сказать, мужчины.

- Мама! - резко одернула родительницу Юлька.

- Ну, что - мама? Что?! Ты разве не знаешь, какое оно…

- Не знаю! И ты не знаешь, но берёшься судить.

- Юля… Он же сердце тебе разобьёт, понимаешь? Найди себе мальчика по зубам, хорошего, доброго мальчика, а этот… Вот зачем он тебе? - взывала к разуму дочки Нина Васильевна.

- Что, думаешь, слишком планку задрала? Не для таких, как я, такие мужчины? - сжалась Юлька. - Так ты определись, или он мне не пара, или я ему…

- Что значит - не для таких, как ты? - требовательно поинтересовался Олег.

- Боже, я совсем не это имела в виду! - одновременно с ним произнесла потрясённая женщина.

- А кажется, именно это… - снова отвела взгляд Юлька.

Глаза наполнились горькой влагой, и в который раз за последние сутки слезы перекрыли дыхание.

- Юля… - снова в унисон заговорили мать и любимый мужчина.

- Не надо, ладно… Достаточно. Не могу больше. Потом, хорошо? - пробормотала Юлька, пятясь из коридора. Происходящие с ней события сложились в шаткую, неустойчивую конструкцию из боли, несбыточных надежд и рвущих душу эмоций. Сейчас эта башня опасно раскачивалась из стороны в сторону, угрожая замуровать девушку под своими обломками. Было до жути, до невозможности дышать страшно - быть погребенной заживо.

- Курочка… - Перепуганная Нина Васильевна шагнула к дочери, но тут же запнулась на месте, остановленная её жалобным голосом:

- Не надо… Пожалуйста, уходите. Мне нужно немного побыть одной. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста…"

"Юлька, пятясь, вошла в гостиную и закрыла за собой дверь. Оставшиеся в коридоре переглянулись.

- Оденьтесь. Нас попросили уйти, - распорядилась Нина Васильевна. Олег женщине перечить не стал, осознавая, что лучшее, что он может сейчас сделать - это уйти.