Полночная страсть

Шум в ушах стал оглушительным. В глазах у Антонии потемнело, лицо Николаса начало расплываться.

— Скажи хоть слово, — потребовал Николас.

Почувствовав острую боль в груди, Антония поняла, что невольно затаила дыхание. Ее не оставляло ощущение нереальности происходящего. Казалось, она перенеслась в сказочную страну грез.

Неужели Николас только что попросил ее руки? Это невозможно, немыслимо.

Но вскоре потрясение сменилось новой вспышкой гнева. Нет, он вздумал посмеяться над ней. Да как он посмел?!"

"Она выпрямилась, прижимаясь спиной к изголовью кровати и держа перед собой простыню словно щит.

Будь на ней платье, она выбежала бы из комнаты, не тратя лишних слов, но расхаживать перед Рейнло обнаженной ей не хватало смелости.

— Ты принимаешь меня за доверчивую простушку? — с горечью произнесла она.

Николас недоуменно нахмурился, отняв руку от лица Антонии.

— Я тебя не понимаю.

У Антонии мучительно сжалось сердце: ладонь Рейнло больше не касалась ее щеки. Пришлось безжалостно напомнить себе, что отныне Николас не прикоснется к ней никогда.

Антонию обдало холодом. Она заговорила, превозмогая боль.

— В семнадцать лет я была настолько легковерна, что поддалась на эту уловку. — В голосе ее звучала мука. — Я не виню тебя за попытку.

— Антония, о чем ты говоришь? — Николас казался растерянным. Вот так актер! — Брак представляется мне разумным мнением. Ты могла бы остаться в моем доме, в моей постели, не было бы никакого скандала.

— И разумеется, ты будешь твердить мне о браке, пока я тебе не наскучу, а потом внезапно забудешь о своем нелепом предложении.

 — Терзавшая Антонию боль придала ее голосу язвительность. — Мой отец скончался пять лет назад и уже не потребует, чтобы мы расстались. По крайней мере, нам удастся обойтись без драматичных сцен.

Одним яростным движением Рейнло вскочил с кровати и, вцепившись в изголовье, склонился над Антонией.

— Так ты думаешь, я тебя обманываю? В самом деле? После всего, что между нами произошло?

Антония испуганно вжалась в спинку кровати. В глазах Рейнло, склонившегося над ней, полыхало черное пламя. Казалось, он готов испепелить ее взглядом.

Ей пришлось призвать на помощь всю свою храбрость.

— Распутники обещают жениться, желая соблазнить женщину.

— Вот только тебя я уже соблазнил.

Тихий голос Рейнло не в силах был скрыть его ярость.

Антония покраснела от досады. Ее губы сжались, лицо застыло, словно обратившись в мрамор.

— Еще вчера ты не хотел жениться на мне. Ты даже не знал моего настоящего имени.

На щеке Рейнло дернулся мускул, но взгляд его остался неподвижным.

— Так скажи мне.