Попытка – не пытка

«Только бы он не завел сейчас разговор о моем моральном поведении», – подумала я и на всякий случай расплылась в улыбке:

– Ну что, как дела? Почему тоска в глазах?

– Мама! Нам надо серьезно поговорить! – заявил Глеб и одернул Машу, которая было попыталась заулыбаться мне в ответ.

«Сейчас он прямо при ней начнет выяснять, в каком розарии вырастили эти цветы. А потом обидится и не будет до вечера со мной разговаривать». Я обреченно прислонилась к стенке и вздохнула:

– Глеб. Только не надо спрашивать меня о здоровье Теодоро Обианга Нгема Мбасого. Ему уже лучше. Он предложил мне стать его третьей женой. Но я отказалась – подожду, когда захочет сделать меня первой…

В ответ он возмущенно показал на меня Маше:

– Вот! Я тебе говорил! И так всегда. Шутки у нас такие. Мама!!!

– Что? – снова улыбнулась я, вспомнив, как Сталин уговаривал меня выйти за него замуж.

– Мама! Ты скоро будешь бабушкой! – почти выкрикнул он и плюхнулся за стол, усадив рядом с собой Машу.

Они смотрели на меня так, как будто бы это у нас тут на дворе стоял 1937 год, а я была пресловутым наркомом внутренних дел. Да, сегодня на редкость удачный день! Если меня вчера и мучила совесть, что из-за своих путешествий я совсем позабыла про сына, то сейчас этим ошеломляющим известием они мне просто руки развязали. Теперь их срочно надо поженить, а мне имеет смысл некоторое время тут не мешаться. И тогда! Тогда я смогу с легким сердцем исполнять роль первой леди Советского Союза, сопровождая Сталина на приемах и государственно важных мероприятиях!

– Ты так и будешь молчать? – напрягся Глеб.

– Ой, я так рада! Это прекрасная новость! – Я полезла к ним через стол обниматься. – А когда свадьба?

– Ну, мы пока решили просто вместе пожить, – подала голос Маша.

Я уставилась на Глеба:

– Это как вообще понимать? А? Это ненормальность какая-то! У меня внук будет, а вы расписываться не собираетесь? Или я что-то упустила?

– Ты как-то несовременно мыслишь, – вякнул он. – Все эти штампы… Это лишнее…

– Маша! – посмотрела я в ее огромные синие глаза. – Ты с ним согласна? А родители знают? Они говорили мне, что мечтают тебя в белом платье увидеть.

Она скосилась на Глеба:

– Ну, это у нас такой план был. Мы боялись вас напугать. Поэтому решили постепенно к этому вопросу подходить…"

"Мне стало понятно, что еще немного – и это я, а не Глеб обижусь и не буду с ними разговаривать. Идиоты какие-то!

– Все! – Я встала, быстро вымыла чашку, и сурово посмотрела на них. – Отправляетесь в ЗАГС, Дворец бракосочетаний… Куда угодно идите! Только чтобы к вечеру передо мной лежало неоспоримое вещественное доказательство того, что у меня не какой-нибудь непонятный, а нормальный законнорожденный внук будет!

В ответ они дружно расхохотались.