Неприкаянная

Не будет проклинать, не будет вредить. Пусти… Ей плохо!

Я поверила маленькой волшебнице и отпустила ее хозяйку.

Да, поломала я ее хорошо. Руки — обе. Ноги — тоже. Позвоночник и шея целы, но говорить она пока точно не сможет. Вон как глазами сверкает. Могла бы, загрызла! Но что не дано, то не дано.

Весь вечер и полночи мы с величкой занимались нашими пострадавшими. И если Ангелу пришлось уделить всего несколько минут, то с «гостеприимной» хозяйкой провозились очень долго. И только к полуночи закончили складывать кости, косточки и осколки. У нас все получилось. Уля удивительное существо и очень хорошая целительница.

Я многому у нее научилась, но к концу мы обе с трудом держались на ногах. Утро следующего дня наступило без меня.

ГЛАВА 22

Я сумела подняться с кровати ближе к вечеру следующего дня. Пока приводила себя в порядок, услышала заинтересовавший и успокоивший меня разговор. Разговаривали леди Юлиана и Ангел. Кошачий слух меня не подвел, слышала я все очень отчетливо.

— А почему мама до сих пор спит? Вы вот уже вылечились и встали.

— Я сильная ведьма, а мама твоя еще не умеет правильно силы свои использовать. И почему ты эту девочку мамой зовешь? Она же тебе не мать.

Ты же знаешь?

— Знаю. Раньше она не была моей мамой, а потом стала. Теперь я ее самый родной сын. Она меня любит.

— Если ты останешься со мной, я тоже буду тебя очень любить.

— Не останусь. В нашей семье я мужчина, и мое главное дело — защищать маму.

— Но у меня тебе будет лучше. Я научу тебя магии. Разрешу играть с моими стражами. Подарю меч и коня. А твоя мать еще слишком юная. Она не сможет дать тебе всего этого. Будете жить в нищете. Вам придется голодать, носить плохую одежду, вокруг будет много плохих людей.

Они будут вас обижать.

— Нет. Я умею выступать и смогу зарабатывать.

— Что ты умеешь?

— Выступать. Меня в балагане научили петь, танцевать и стоять не двигаясь, когда ножи кидают. Мы будем работать. Мы будем вместе.

— Но для того, чтобы уйти, вам придется пройти топи, а это верная смерть.

— Я пойду с мамой, и если мы умрем вместе, то боги разрешат нам родиться вновь опять вместе.

— Кто тебе такое сказал? Мама?

— Нет. Мне сказал отец. Давно сказал. Я еще совсем маленький был. Но я его помню. Он редко приезжал и говорил со мной очень мало, наверное, ему неинтересно было со мной сидеть, но это я запомнил: если умрешь вместе с тем, кого любишь, то благословение богов поможет встретиться вновь.

Теперь перед сном я всегда прошу богов о смерти вместе с мамочкой. Еще совсем недавно я очень боялся умереть. Я был один, но теперь мама меня нашла, и я уже не боюсь.

— Они отвечают тебе?

— Да. Мне обещали, что мама всегда будет со мной."

"— Боги говорят не со всеми.

— Да. Но я долго просил. Мне ответили.

— А как же отец? О нем ты тоже просил богов?

— Нет.