Последняя тайна рейха

Мною заинтересовались люди, о которых ты и сам догадался. Я прошла соответствующее обучение и в тридцать девятом году, за месяц до захвата Гитлером Польши, была отправлена в Краков под видом работницы института генетических исследований. Не буду рассказывать, как поднималась по карьерной лестнице, работала в немецких музеях и исследовательских центрах, выполняя задания советской разведки. Да, я уже шесть лет не видела маму. В СС не состояла, как бы тебе того ни хотелось, партия НСДАП тоже обошлась без моего членства. Выполняла самые разные задачи, в основном занималась предметами искусства и ценными реликвиями, награбленными нацистами. Информация об их новых владельцах и местах расположения уходила по каналам подпольщиков. Задание, связанное с бароном фон Гертенбергом, я получила осенью сорок четвертого, когда уже втерлась в доверие к этому субъекту. Моя мама проживает в Москве на улице Максима Горького. Она постоянно находится под контролем органов. Это к вопросу, почему меня допустили к такой работе.

— А если бы мама не была под контролем органов? — Вопрос был глупый, но вырвался.

— Да пошел ты к черту! — процедила девушка. — За кого ты меня принимаешь?

— Прости. Глупость спорол.

— Да, конечно. Ты же у нас по определению должен чесать всех немцев под одну гребенку! А почему, собственно? Потому что Гитлер немец? Да он австрияк хренов. Немцы, между прочим, тоже натерпелись от Гитлера!

«Бедненькие», — подумал Олег.

— Прости, Катюша, — сказал он.

Услышав это имя, она как-то смешалась, перестала злиться, неловко улыбнулась.

— Я пять лет не говорила по-русски, стала забывать, как это делается. Прошлая жизнь уходит в туман. Иногда мне кажется, что я и есть Матильда Фогель, холодная и расчетливая помощница бригаденфюрера СС. Настолько вжилась в роль, что порой самой страшно.

— В чем конкретно состоит твое задание?

— А вот это, извини, сказать не могу. Я не вправе разглашать такую информацию.

— Какую информацию?

— Нет, даже не спрашивай. Я должна лететь с бароном, он мне полностью доверяет и полагается на мои советы. Его прижучат в шотландском Локерби, где он должен осесть. Об этом есть договоренность с английскими спецслужбами. Фон Гертенберг важен для англичан не только как фигура, связанная с разведкой.

— Но товарища Берия его связи с разведкой тоже волнуют в последнюю очередь, верно? — выстрелил наугад Потанин и, кажется, попал.

Девушка как-то съежилась.

— Что у него есть настолько важное, что даже информация, связанная с разведкой, отступает на задний план? — развивал тему Олег. — Дело строго секретное, верно? В курсе только несколько человек, да и от тех Лаврентий Павлович может легко избавиться.

— Послушай, не нагнетай, — сказала она дрогнувшим голосом.