Последняя тайна рейха

Олег вытащил из кармана перочинный нож, стал вскрывать крышку первого попавшегося прибора. Судя по надписи под стрелкой, это был высотомер. Лезвие поддело крышку, она выскочила из зацепления. Внутри приборы, скрученные провода.

Потанин пилил их затупившимся лезвием, они рвались, торчали как прутья из веника. Он пальцами запихивал их обратно под приборы, чтобы пилоты не сразу заметили диверсию, утрамбовал куда-то вглубь, пристроил на место крышку.

Сердце его вырывалось из груди. Что еще сломать? Нет, поздно. Секундомер в голове извещал, что время вышло. Он выскочил из кабины.

Когда полицаи влезали внутрь с последним контейнером, Потанин стоял посреди салона и расточал в их адрес матерные слова. Мол, какого хрена вы возитесь, бойцы? Я замаялся ждать! Они помалкивали, лишь косились на него, волоком потащили ящик в общую кучу.

Недобрые опасения Олега подтвердились. Это была последняя ходка.

По прибытии в замок барон отвел его в сторону, выслушал доклад о благополучном завершении погрузки, удовлетворенно кивнул и спросил:

— Испугались сегодня утром, Алекс, когда узрели труп вашего коллеги?

— Признаться, было такое дело, господин барон, — подтвердил Потанин.

 — Смалодушничал немного. Это так неожиданно. Очень жалко, когда теряешь товарища по службе. А еще обидно за человека, когда он гибнет вот так, а не в боевой обстановке. Он же был важен для вас.

— Да, безусловно, — без тени печали отозвался барон. — Этот человек был очень нужен, мне будет его не хватать. Надеюсь, вы возложите на себя обязанности, которые поручались ему, а также дополните наше дальнейшее сотрудничество другими полезными вещами.

— Это не подлежит сомнению, господин барон.

— Ну, что ж, посмотрим.

Сегодня можете отдыхать. Считайте вторую половину дня выходным. Мы решим, что делать с вашими полицейскими. Возможно, они усилят оцепление. Кстати… — Барон замялся. — Мы получили радиограмму из Берлина. Ее отправил мой товарищ по археологическим экспедициям. Его зовут Отто Зиммер. Он находился в здании Рейхстага, там еще работала радиосвязь.

— Что-нибудь известно про майора Штрауба? — встрепенулся Олег. — Простите, господин барон, но если это так, то мне придется перед вами извиниться, покинуть вас и до конца выполнить свой долг военного разведчика.

"

"— Да неужели, — проворчал тот, пытливо созерцая лицо собеседника. — Оставьте бессмысленные надежды, Алекс. Берлин горит, и положение ухудшается с каждым днем. Защитники города не справляются со своими задачами, отступают к центру. Их давят войска сразу трех советских фронтов. Подкреплений не будет, это уже понятно. Судьба рейхсканцелярии и ее обитателей неизвестна. Рейхстаг подвергается обстрелу и штурму уже третий день, с двадцать восьмого апреля. Его атакуют две дивизии русских.