Последний рассвет

– Ювелир, чтоб ты знал, должен иметь в банке ячейку для хранения материалов и готовых изделий, – назидательно произнес Надир. – Без подтверждения того, что у него есть банковская ячейка, он карту Пробирной палаты не получит. Но это, конечно, только для тех ювелиров, которые работают частным образом. Если у ювелира фирма в здании, оборудованном бункером, то ему ячейку иметь не нужно. На самом деле, как я выяснил, эти хитрецы ячейки заводят, чтобы карту получить, но ими не пользуются, предпочитают иметь хороший сейф дома, ну и дверь входную, само собой, укрепляют.

Я их понимаю, за каждой мелочью в банк не набегаешься.

– А еще что было в сейфе? – продолжал допытываться Дзюба.

Ему все казалось, что Надир упускает какую-то деталь, которая ему самому кажется незначительной, но именно эта деталь накрепко свяжет убийства Евгении Панкрашиной и ювелира Леонида Курмышова.

– Еще клейма, три штуки, совершенно одинаковые.

– А зачем три? – не понял Антон.

– Мы тоже сразу не поняли, – усмехнулся в ответ Надир. – У Курмышова на фирме спросили, и нам объяснили, что клеймо выдается на год в Пробирном надзоре.

Можно заказать сколько хочешь клейм, зависит от объемов производства, потому что клейма стираются, и надо, чтобы хватило на год. Год кончился, и если клейма остались, приносишь их в Пробирный надзор, там и стертые, и неиспользованные клейма ломают и уничтожают и дают справку. Или ты сам уничтожаешь и приносишь в виде лома. Если в дальнейшем появятся изделия с этими клеймами, то они будут считаться неучтенкой этого года. А если год еще не закончился, а клейма уже вышли из строя, то заказываешь еще, сколько там тебе надо. В течение недели – десяти дней получаешь новые.

– Ёлки-палки, как у них все сложно-то, – вырвалось у Дзюбы.

– А у кого легко? – философски заметил Надир.

По просьбе Антона он распечатал фотографию колье. Теперь следовало предъявить этот снимок Игорю Панкрашину и обеим Дорожкиным. Собственно, главным был именно ответ Дорожкиных, поскольку они колье не только рассматривали, но и примеряли, в то время как Игорь Николаевич бросил короткий незаинтересованный взгляд на украшение в тот день, когда Евгения Васильевна принесла его домой, и на следующий день просто отметил: жена надела колье, вроде все прилично.

Не более того. Хорошо бы, конечно, еще Аллу Анищенко найти, но это уже не столь обязательно.

В воздухе парили первые снежинки, еще такие неуверенные, словно боящиеся, что в любой момент может снова наступить лето. Но даже этой неуверенности оказалось достаточно, чтобы снизить видимость на дорогах и моментально создать пробки.

– Ну что это за город, в котором мы живем, – горестно вздохнул Дзюба.