Последний рассвет

– Молодые женщины, которые хотят своих детей, будут этого добиваться в браке ли, если дело в отсутствии мужа, или длительным изнурительным лечением, если дело в болезни, но к тридцати годам вряд ли они сдадутся и откажутся от надежд на материнство. Так что ваш удел – жена, которая будет старше вас заведомо.

Ну да, все логично. И почему это раньше не приходило ему в голову? Да и Эля этого ему не сказала. Не так-то просто мужчине с детьми найти жену, с которой его дети и он сам будут счастливы. А те, кто думает иначе, живут в мире непонятно откуда взявшихся иллюзий. Интересно, а что Карина думает по этому поводу?

– Знаете, мне тут недавно посоветовали перестать жить в мире иллюзий, – произнес он с улыбкой.

 – Люди на самом деле совсем не таковы, какими мы их видим, и надо всегда об этом помнить и не удивляться, что отношения не складываются или складываются как-то не так.

Карина согласно кивнула:

– А знаете, это правда. Вот мой папа, например, страшно переживает из-за того, что я столько лет была с Лёней и не создала своей семьи. Ему кажется, что я влюблена, слепа и глуха и готова была все прощать Лёне. А на самом деле папе даже в голову не приходит, что я не слепа и не глуха, и если не порывала с Лёней, то только потому, что у меня не было на это моральных сил.

И никакой семьи я не хочу, мужа не хочу, бытовых забот не хочу, я хочу родить ребенка и заниматься только им и своей работой. Жаль, что я так поздно все это осознала, иначе, может быть, и аборт не сделала бы в свое время. А любовник пусть бы приходил один-два раза в неделю, мне вполне достаточно. Мне не нужен мужчина под боком постоянно. Но разве я могу сказать это папе, для которого семья, дети и внуки – это безусловная и неоспоримая ценность, ради которой можно пойти на любые жертвы! Папа видит во мне одно, а на самом деле я совсем другая.

Надо уходить, пора и честь знать. Антон с уважением воспринял слова Карины о том, что у нее есть жесткое предубеждение по поводу разницы в возрасте. Да, сам он с этим не согласен, но чужие убеждения и принципы – это святое. У него ведь и у самого есть принципы и предубеждения, которые другим кажутся, наверное, смешными и нелепыми. Он тоже не мыслит отношений с женщиной, которая более свободна в деньгах, чем он сам.

Если бы это было для него нормальным, он бы лучше попытался поухаживать за Элей, она и красивая, и добрая, и неглупая, и дети ее обожают. И если бы он своевременно проявил настойчивость, то, возможно, она бы согласилась стать его женой. Но для Антона Сташиса женщина богатая просто не существует как женщина, он всегда считал неприличным женитьбу «бедного на богатой», не хотел, чтобы его называли альфонсом, а уж если она хоть чуть-чуть старше, то тогда вообще никто не поверит в искренность чувств.