Последний штрих к портрету

Все это время Демидова напряженно думает о том, как ей использовать знакомство с Колокольцевой. Она вспоминает давнюю историю про золото, когда-то сгоряча выболтанную Димкой Зиминым, их бывшим одноклассником. Вспоминает она и вашу случайную встречу, из которой сразу становится ясно, что Зимин из отпетого мерзавца и убийцы родителей Аглаи Тихоновны вырос в бандита, у которого наверняка водятся деньги.

Маша слабо улыбнулась.

– Дима не был человеком, которого можно было бы легко шантажировать, – сказала она.

– Да, но Антонина Сергеевна этого не знала. Так же, как и того факта, что Зимина давно нет в живых.

Я думаю, что она решила припугнуть Зимина тем, что сообщит Аглае Тихоновне о том, что это он убил ее родителей, расскажет про золото. И, чтобы его найти, позвонила по единственному имеющемуся у нее номеру – вашему, Мария.

Маша едва заметно, но все-таки вздрогнула. Похоже, слова Бекетова попали точно в цель. Он сделал паузу на тот случай, если бы она вдруг решила возразить, но Маша молчала, лишь затравленно смотрела в сторону, в окно, за которым весело раскачивались листья березы."

"– Что ж, не хотите говорить, тогда продолжаю я.

От вас Антонина Демидова узнала, что Зимин давно умер. Но терять деньги, которые она уже считала своими, ей не хотелось. Думаю, что к тому моменту одна короткая встреча между одноклассницами уже состоялась, и Аглая Тихоновна, как это бывает, когда после долгой разлуки встречаются люди, не видевшиеся много лет, рассказала Антонине Сергеевне о своей семье. Может, и фотографии показала. Это мы у нее чуть позже обязательно выясним. Как бы то ни было, Демидова поняла, что шантажировать можно не Зимина, а вас. Вашим прошлым и связью с ним. Не думаю, что вам хотелось, чтобы об этой странице вашей биографии узнал ваш муж или его родственница. И Демидова тоже так не думала. Сколько она запросила за свое молчание, Мария?

Теперь их собеседница снова выглядела удивленной. У нее даже рот приоткрылся от изумления.

– Погодите, – сказала она торопливо, – погодите-погодите. Вы что, считаете, что эта самая Демидова шантажировала меня?

– Да, я так считаю, потому что ей больше некого было шантажировать.

– Но исходя из этой логики, получается, что это я ее убила, чтобы заставить замолчать.

– А что невозможного в таком умопостроении?

– Но я не убийца! – воскликнула Маша. – Кать, ты-то что молчишь? Ты же не можешь не понимать, что все это невозможная глупость?

– Машенька, ты всегда мне очень нравилась, но я ведь тебя совсем не знаю, – сказала Катя. Почему-то это прозвучало жалобно и как-то жалко. Словно она извинялась. – Я с Колокольцевыми познакомилась всего два года назад, а с тобой и Мишкой и того позже.

– Да вы что? – Маша почти плакала.